Безопасность у входа в институт действительно усилили и даже ворота закрыли, оставив только калитку, рядом с которой дежурил крепкий охранник. Балуев с Ульяной ждали меня на стоянке недалеко от ворот, в неприметном сером минивэне с тонированными стеклами. Для разговора мы выбрали кафе быстрого питания, расположенное относительно недалеко, буквально на соседней улице. Чаще всего там собирались небогатые студенты, чтобы выпить кофе, поесть дешевой еды. Почти в любое время дня там было неприятно шумно, играла ненавязчивая, но какая-то неприятная музыка. Судя по удивленному виду Ульяны, в подобных заведениях ей бывать не приходилось. Пока она заняла столик в дальней части зала, я взял пару стаканчиков кофе, и какое-то приторно-сладкое пирожное. А вот Василий брезговать не стал и заказал две большие булки с котлетой, несколько блинов с сомнительной начинкой и два стакана чаю. Чтобы нам не мешали посетители, он занял соседний столик, с аппетитом принялся за ранний ужин. Ульяна на это смотрела с ужасом, не понимая, как такое вообще можно кушать.
— Быстро, сытно, много калорий, — сказал я, переламывая сразу четыре продолговатых пакетика с сахаром над кофе. — Да и отравиться в таких заведениях сложно. А когда не хватает энергии, то можно взять сладкой газировки или особый молочный коктейль. Если прижмет, на такой кухне можно протянуть пару недель.
— Калории — это хорошо, но здесь же плохие жиры, — она последовала моему примеру с сахаром. — За эти две недели можно набрать лишние пять, а то и десять килограмм. А одаренному, тем более мастеру, нужны витамины и углеводы, то есть, овощи и фрукты.
В этом я был с ней полностью согласен. Фа Чжэн давно приучил меня к правильному питанию. Даже когда мы забирались в места, где с едой было туго, он всегда старался разнообразить наше меню.
— Так что там с голосом, который хотел нас убить? — спросил я, переводя разговор к главной теме. — И почему князю о нем нельзя рассказать?
— У тебя усталый вид, — Ульяна поправила челку. — Что-то случилось?
— У меня сегодня был тяжелый день. И он еще не закончился. Не покидает чувство, что все это прелюдия. Новость, которая вдарит мне монтировкой по голове еще впереди.
— Странная аналогия, — она улыбнулась. — Нужно всегда быть оптимистом, иначе никаких нервов не хватит. Изведешь себя, ожидая страшного.
— Ульяна, не томи, — поторопил я.
— Не сердись на меня, — то ли извиняясь, то ли в приказном порядке сказала она, затем вздохнула. — Не знаю, почему я сразу не узнала, но это был голос Артема Разумовского. Наверное, потому что никогда не слышала его таким раздраженным и злым.
— Наследник князя? — удивился я. — Очень странно, что это он звонил. Прямо вот, очень странно.
— Я тоже так подумала, — согласилась она.
— Почему тогда не рассказала своим? Не вижу здесь ничего такого, кроме большой тупости Артема.
— Понимаешь, я боюсь, что это выльется во что-то нехорошее. Александр Николаевич может поступить опрометчиво и… — Ульяна замолчала, вздохнула и сделала пару глотков кофе. — Он недавно говорил, что сейчас нужно быть как можно более осторожным и не устраивать большую войну.
— У меня, как раз, другие сведения. Но не важно. Что предлагаешь?
— Вот так сразу — ничего конкретного. Хотела, чтобы ты не говорил Александру Николаевичу об этом, и все.
— Если это был Артем, рано или поздно князь докопается до истины. На него работают не самые глупые люди.
— Пусть, — Ульяна кивнула. — Мы по крайней мере предупреждены.
Мне показалось, что она хитрит или недоговаривает. Непонятно, зачем встречаться ради этого. Сказала бы все по телефону.
Видя мой взгляд, она слегка потупилась, грея бумажный стакан в ладонях.
— Ладно, пусть все идет как идет, — сказал я. — Будем разбираться с проблемами по мере важности. И Артем у меня сейчас в середине списка…
— Подожди, — она остановила меня жестом. — Я его голос, правда, совсем не узнала. Наверное, была напугана и… так бы и не вспомнила. Но… он сам позвонил. Угрожал. Сказал, есть предатель, который очень близко к нашей семье… И мне действительно страшно.
Она совсем опустила взгляд.
— А вот это уже хуже, — согласился я и задумался. Принялся постукивать пальцами по столешнице. — В голову ничего не приходит сейчас. Я что-нибудь придумаю, но потом. А тебе надо поменять номер телефона, чтобы он больше не звонил. А если дозвонится, сразу трубку бросай, пусть побесится. Князю бы рассказать не помешало, но, если ты боишься, то настаивать не буду.
Ульяна кивнула, нашла в себе силы улыбнуться. Все-таки она красивая девушка и улыбка ей идет, даже такая, обманывающая окружающих и говорящая, что у нее все в порядке. Что-то я за собственными проблемами совсем ничего не вижу. А ведь девушке сейчас нелегко. Попробовал бы сынок князя мне угрожать, я бы его послал по известному адресу, а то и в гости бы наведался. Но не все такие смелые и безбашенные.
— Не переживай, я его рано или поздно достану и подвешу за то самое, — пообещал я. — Обещаю.
— Я верю. Может, поужинаем? Только не здесь. У меня изжога от одного вида и запаха такой еды.
