Я как-то упустил, но по всему миру прошло уже несколько поединков и Макс умудрился поучаствовать в двух, оба раза победив. До того, как стать мастером, он уже являлся многократным победителем боев без правил, поэтому с соперниками разобрался без особых проблем, в первом же раунде. Я вчера вечером посмотрел записи в интернете, отсюда и делал вывод, что это больше шоу, чем серьезные бои.
— В Японии эти бои тоже популярны, — сказал я, затем рассмеялся. — Только называются по-другому и правил там есть. Мне больше бокс нравится, но ни за одними, ни за другими не слежу. Максимум могу посмотреть в записи, если выпадет случай. Но здесь… не понимаю я такой спорт, когда надо себя ограничивать и опускаться до уровня соперника, давая возможность слабым побеждать.
— Большое мероприятие сегодня будет? — спросила Сяочжэй.
— Пять поединков среди экспертов, включая полуфинальный бой в среднем весе. Он идет пятым и должен был бы стать самым ожидаемым и зрелищным, но шестым боем будут выступать мастера, так что их ждут больше. Макс сказал, часов пять по времени все займет, если бои не затянутся. Если от шума устанете, я вас домой отвезу.
— Твой друг будет выступать, — сказала Сяочжэй, — разве можем мы лишить тебя возможность поболеть за него. Со мной все будет в порядке.
— Давно хотел сказать, — начал я, серьезно посмотрев на нее. — Ты продолжаешь практиковать укрепление тела, в этом есть еще необходимость?
— Не знаю, — улыбнулась Сяочжэй. — Но с каждым днем я чувствую себя лучше и не могу остановиться.
— Теряешь силу.
— Ну и пусть, — еще одна улыбка. — Здоровье гораздо важнее. Дышать полной грудью, не уставать, поднимаясь по лестнице.
Помимо тренировок по укреплению тела, Сяочжэй усердное взялась за культивирование внутреннего моря. Мы с ней вместе пытались пробиться со второго этапа на третий и у меня складывалось такое чувство, что у нее это получится быстрее. Может, из-за этого она не так быстро теряла силу классического мастера. Хорошо бы она опомнилась и остановилась вовремя… Хотя я зря переживаю. В конце концов Сяочжэй может до конца жизни практиковать укрепление тела и проживет лет сто. Ей решать и делать выбор.
Я тоже времени даром не теряли и последнюю неделю усердно тренировался. Так усердно, что сейчас в моем «внутреннем море» бушевала огромная воронка. По старым записям, хранившимся в семье Жао, чтобы перейти на следующий этап нужно было превратить эту воронку в постоянное подводное течение. Что подразумевалось под этими словами не описывалось, но я надеялся, что понимание придет со временем. Попутно я продолжал уделять много времени контролю, пытаясь совладать с рублевой монетой. Мне казалось, что еще немного и я, наконец, смогу согнуть ее только силой кинетической брони. Даже придумал, как это сделать и как приложить к ней силу, но монета пока не поддавалась.
— Как успехи твоей «особой», — Сяочжэй выделила это слово, — группы?
— Лентяи они, — отмахнулся я. — Не понимаю, почему расслабились. На их месте я бы тренировался до изнеможения, тем более сейчас им это крайне необходимо. Только Морока со своей подругой прогрессируют. Через месяц покажу, насколько другие от них отстают.
— А Чжэнь? Она достаточно занимается?
— Через полтора месяца станет понятно. Когда она начнет сворачивать ручки входных дверей. Лучше скажите, почему ваш брат зачастил в институт? Я его через день вижу рядом с администрацией.
— Он ведет переговоры с ректором, — сказала Сяочжэй. — Нам нужны союзники, которые выступят за охлаждение горячей фазы противостояния с Японией. Острова, принадлежащие Империи Цао, которые они называют спорными, уже под нашим контролем и дальнейшее развитие конфликта приведет Японию к серьезным потрясениям. А в этом случае за нее вступится Европа и Америка. Совсем недавно Императора Тайсе посетил великий мастер из СГА. Можно легко догадаться, о чем шла речь.
— Кузьма, — Тася посмотрела на меня. — Умеешь ты выбирать темы для разговора. Давай сегодня не будет политики и войн. Надоело.
— Как скажешь, — я слегка сжал ее ладонь. — Тогда о чем поговорим в дороге?
