Когда я вернулся в поместье, вокруг было непривычно тихо, машин на прилегающих улицах не видно, а охрана квартала пряталась от солнца под навесом. Я неплохо пропах дымом и для начала решил принять душ и переодеться, но тайком в дом пробраться не получилось. Едва я перешагнул порог, со второго этажа раздался строгий голос мамы.
— Кузьма! — мама выглянула со второго этажа, словно убеждаясь, что это действительно я пришел.
Следом за мамой на балконе появилась сестра, глядя с любопытством.
— Я в душ, — громко сказал я, решив проскочить холл.
— Стоять! — мама уже сбежала по лестнице, оказавшись рядом. — Скажи мне Кузя, это ты виноват, что по всем телеканалам показывают извержение вулкана в центре Рима?
— С вулканом ты погорячилась, — улыбнулся я, дернув щекой. Синяк под глазом разболелся, напоминая о себе. — Просто небольшой пожар был.
— Ага, пять минут стометровый столб огня полыхал, словно под ним врата в преисподнюю открыли.
— У тебя, как всегда, прекрасные аналогии. Я же не огненный мастер…
— А синяк на половину лица у тебя откуда? — уточнила она.
— В библиотеке книгой кинули, — я полез за пазуху, вынимая книгу со смятым углом. — Во!
— Надеюсь, никто не пострадал, и нам хватит денег заплатить за ущерб? — вздохнула она.
— Мам, давай я душ приму и все расскажу. Мы террористов ловили, там Маурицио был и генерал карабинеров.
— Ты же в отпуске, какие террористы? — она поманила меня, обняла.
Мама всегда так делала, когда я влипал в какую-то передрягу. Сначала обнимет, а уже потом разбирается, кто прав, а кто виноват. По большей части виноватым оставался Кузьма, на что я в детстве всегда обижался и даже злился.
Взяв маму за руку, взглядом показал на пустой рукав.
— Устаю от него, — сказала она, имея в виду протез. — Ты от темы не увиливай. Готова поспорить, что в этом безобразии ты сыграл главную роль. Ну-ка посмотри вдаль… теперь на меня. Ладно, иди в душ, от тебя дымом пахнет, а я пока мазь найду от синяка.
— Мне тут боевой трофей достался, — я вручил ей книгу. — Покажи Саше. И надо еще Тасе позвонить.
— Топай, — она забрала книгу, подталкивая меня к лестнице. — Звонила уже. Как только экстренные новости увидела, сразу и позвонила. Она так и сказала, что Кузьма поехал в центр города по какому-то очень важному делу.
Пока я принимал душ и переодевался, в большой столовой подготовили обед. Я даже немного засомневался, так как никто из оставшихся в доме женщин толком не умел готовить, но опасения не оправдались. Госпожа Флора, супруга Маурицио, позвала нам на помощь толкового повара. Заручившись поддержкой Алены и сестер Юй, он приготовил прекрасный обед, включавший в себя десерт в виде шоколадных пирожных.
Пересказ событий занял почти час, учитывая, что я придерживался короткой версии. Мама не успокоилась, пока не вытянула несколько важных подробностей моего столкновения с библиотекарем и того, как мы с огненным мастером разрушили бомбу. Попутно я посмотрел еще один выпуск новостей и смог понаблюдать со стороны за пожаром и столбом огня. Не знаю, откуда маркиз Сальви срывал крышу у здания, в кадр он не попал, но выступил эффектно. Крышу срезал как кусок торта и аккуратно отложил в сторону. Мне казалось, что разрушений будет больше. В целом же, был небольшой пожар, который почти сразу начали тушить. Затем минут десять из окна валил дым, после чего убрали крышу и в небо ударил огонь. На видео было видно, как много собралось людей вокруг здания и на прилегающих улицах. Если бы бомба взорвалась, счет жертв пошел бы на сотни.
Мама с братом сошлись во мнении, что я должен был сразу свалить эту проблему на местные спецслужбы, а не лезть в логово террористов лично. Я как раз вспомнил о книге.
— Латынь, — сказал Саша, демонстрируя смятую книгу. — Описывающий какой-то принцип столкновения энергий, позаимствованный у индусов. Надо книгу под груз положить и переплет закрепить.
— Любопытно, — покивал я. — Надо будет переводчика найти и оценить, что это за техника такая. Если она с полки, где стояли секретные умения черепов, то может оказаться очень полезной.
— Переведу, — кивнул он. — Только не быстро. По паре страниц за вечер и месяца за полтора осилю.
— Ты можешь читать на латыни? — удивился я.
— Если там нет ничего сложного. Но у меня есть большой справочник, так что проблем не будет. И что тебя так удивляет? Пока ты самосовершенствовался, гипнотизируя стену по несколько часов каждый день, я учил языки.
Тут он прав, я знал, что брат с восемнадцати лет усердно учил разные языки, но зачем ему понадобилась латынь?
— Хорошо, — кивнул я. — Только если там какая-нибудь ерунда, то можешь не переводить и не тратить время.
