Надо отдать должное мастеру Фабиани, классические итальянские костюмы он шил изумительно. Про такие костюмы говорят, что со временем, когда они садятся по фигуре, то становятся еще лучше. Пришлось потратить полтора часа, пока я его примерил, пока мастер придирчиво оценил работу и внес несколько завершающих штрихов. Ко всему прочему в комплект входило несколько пар носков и туфли ручной работы.
— А женские наряды вы не шьете? — спросил я, когда процесс примерки был закончен и мне вынесли упакованный костюм и несколько коробок с принадлежностями.
— К сожалению, мы делаем исключительно мужской костюм, — виновато сказал он. — Прием будет уже вечером, поэтому будет очень сложно заказать и сшить что-то за пару часов.
— Это плохо, маркиз огорчится, если я не пойду, — сказал я, затем повернулся к Алене, сидевшей на диванчике и терпеливо листавшей журналы. — Ален, ты брала с собой то красивое платье, в котором была на приеме у испанского короля?
— Брала, — кивнула она.
— Знаете что, — сказал синьор Фабиани, вряд ли поняв о чем мы говорим, — я сейчас позвоню своему другу и, скорее всего, мы решим вопрос с нарядом для Вашей спутницы.
Он сбегал за сотовым телефоном, хранящимся в подсобном помещении и минут десять кого-то вызванивал. Разговор шел на итальянском и проходил очень эмоционально. В итоге нам вручили визитку с адресом дома моды, находившимся буквально в трех кварталах от ателье.
Прогуляться по городу так и не получилось потому как в доме моды мы провели еще часа три, пока готовили платье для Алены. В это время нас нашел водитель маркиза, сказав, что он нас срочно ищет. Правда, мы с водителем скучали еще минут тридцать, пока платье не было готово и только потом поехали обратно в поместье.
То, что маркиз готовил мне сюрприз, я понял уже давно, но не ожидал, что он наступит так скоро. К тому же сбывались самые страшные подозрения, что это будет один из тех светских приемов, которые я терпеть не мог. Можно было бы отказаться, но я все еще чувствовал себя виноватым перед Маурицио и пришлось соглашаться. Тася по-прежнему никуда не собиралась ехать, поэтому выбора особого не было, кто будет меня сопровождать. Эсмеральда сразу увела Алену готовиться, не дав ей времени пообедать. Но потраченное время и упущенный обед того стоили. Визажист супруги маркиза постарался на славу и результат превзошел все ожидания. Мама не успокоилась, пока не сфотографировала нас вместе. Сказала, что отправит фотографии Анне Юрьевне и деду Алены, чтобы тоже порадовались.
На прием отправились на двух роскошных машинах с сопровождением из трех громоздких джипов. Выехали из поместья и поехали на северо-запад.
— Кузьма, — отвлекла меня от мыслей Алена, — а когда вы только переехали в Японию, было сложно?
Я посмотрел на нее удивленно.
— Женщины, что творится у вас в голове понять решительно невозможно. О чем таком надо думать, чтобы сейчас об этом вспомнить?
— Так, мысли разные, — слегка улыбнулась она. — Твоя мама — сильная женщина. Оказаться с тремя детьми в чужой стране, с другим укладом жизни и правилами.
— Ну да, было непросто, — согласился я. — Только она там не совсем одна была. Ей помогал дядя Ринат и еще пара человек. К тому же мы смогли вывезти немного денег. Как я узнал недавно, часть ушла на взятки Императору, а на оставшиеся мама купила корабль. Даже не знаю, с чего это она вдруг решила заняться таким странным бизнесом. Сначала возили обычные грузы, потом взялись за опасные контракты. Когда я пошел в школу, мама управляла уже небольшой фирмой наемников. Мы всегда жили недалеко от базы, где обитали бандиты всех мастей, может, это повлияло. Я не спрашивал, почему вдруг она решила этим заниматься, просто принимал как должное. Потом было несколько удачных случайностей, которые позволили нам выбиться наверх. Мы встретили Джима, познакомились с Вероникой, нашим вторым мастером. Контракты стали опасней, но и платили за них лучше. При этом доход у фирмы был небольшой. У нас с Тасей в банке сейчас денег больше, чем мы заработали лет за десять, а может, и за все время. Но работать наемником было весело. Меньше правил, меньше ограничений и безграничное чувство свободы, особенно когда плывешь на корабле вдоль берега. К чему ты эту тему вспомнила?
— Так, просто. Синяк у тебя под глазом навеял.
