Он стонал и на вдохе, и на выдохе, хватал альфу то за руки, то за волосы на короткой чёлке, мурыжил его, сжимал плечи, царапал по груди. Оргазм всё не ослаблял своей хватки, изматывая истекающего омегу, пока Люк, зажмурившись, вводил член глубже в дрожащее тело Соби, одним давящим движением, будто пытаясь достать ему до самых гланд. Тот дёргано задышал, замахал руками, начал ёрзать, стараясь выползти из-под разрывающей его мощи. Люк наклонился к нему и, обхватив руками под спиной, прижал к себе ещё сильнее, сгибая его практически пополам.
- Аминь, - прохрипел альфа, изливаясь в его утробу.
Они приходили в себя, вздрагивая, а мурашки, казалось, перебегали с тела на тело, покрывая любовников гусиной кожей. Соби сейчас было море по колено, если, конечно, удастся это самое колено разогнуть. По венам побежал «гормон счастья», о котором Соби много слышал, но никогда не чувствовал и считал это фантазией романтических омежек. Люк лежал на нём сверху, устроив голову над плечом и покусывая его за ухо. Соби повернул голову и посмотрел в серые глаза. И тут у него настало то самое! О котором он читал в Университете, когда изучали древнюю философию. Это чувство – здесь и сейчас. Когда видишь и чувствуешь всё происходящее без фильтров сознания, будто напрямую. Словно ты часть огромного мира, не отдельная от него, и оттого не имеющая границ. Ты един со всем окружающим тебя пространством, и нет того места, где тебя нет. Ты везде, ты во всём, и всё в тебе. Ты в Люке, и Люк в тебе… Люк в тебе?! Люк в тебе!!!
- Люк! – выкрикнул Соби, пытаясь поднять тяжеленную тушу, придавившую его к жёсткой софе. – Вынимай! Вынимай, ну!
Но было поздно - узел уже распирал стенки, и Соби было не соскочить - началась сцепка. Люк приподнялся на руках и, не обращая внимания на вялые попытки Соби его оттолкнуть, целовал того в губы, в смуглые щёки, в смоляные брови. Он шептал какие-то глупости, из цикла «Дай носик поцелую. А теперь дай щёчку. А теперь другую». Соби морщился, но всё-таки милостиво позволял себя нацеловывать, капризно поджав губы.
- И надолго это? – спросил он, смотря куда-то на потолок.
- Не знаю, - ответил Люк, целуя его в шею. – У меня ещё не было сцепки.
Соби попытался потянуть затёкшие ноги.
- Вообще-то, мог бы и… О-о, господи! – он вытаращил глаза, вытянув губы, будто пытаясь посвистеть. – О, господи, что это?! Что это?!
Его схватывали оргазмы, один за другим. Без начала и конца. Сразу и резко, сжимая тело, словно пружину и тут же отпуская его, растягивая. Соби схватился за спину Люка, пытаясь хотя бы вдохнуть между спазмами. Он знал, что в сцепку может накрыть сухой оргазм, но не автоматной же очередью! Люк тоже прерывисто задышал, ведь сжимающаяся задница омеги практически отсасывала его зажатый член. Постанывая, альфа прижал Соби покрепче к матрасу, чтобы они не слетели к чёртовой матери с грозившей развалиться софы. Он прижался к плечу Соби открытым ртом и, мягко засосав бронзовую кожу, прикусил её зубами. Соби ощутил, как сперма начинает вытекать из его наполненной задницы, несмотря на плотную «затычку». В голове помутнело...
Оргазмы продолжали сотрясать его, но уже реже, с перерывами. Он то проваливался куда-то, то опять выныривал на очередной волне спазма. Да как же люди не умирают от таких вязок? Люка тоже штормило – похотливая задница омеги выдаивала его, грозя альфе полным обезвоживанием. Наконец, собрав последние силы, героический геолог сел на пятки между разведённых ног Соби, аккуратно, чтобы не дёргать из него узел и, перекинув его ноги на одну сторону, уложил его на бок. Сам Люк медленно улёгся за его спиной, прижимая Соби к себе. Наконец, изматывающие оргазмы ослабли, оставив приятное расслабление.
- Так нас и найдут археологи, - устало выдохнул Люк, зарываясь Соби носом в волосы.
- Через миллионы лет? – уточнил засыпающий омега былинным голосом.
- Нет, через три недели сюда приедут студенты с археологического.
После секундного молчания, мужчины начали смеяться, хрипя, словно подыхающие псины. Морщась и вскрикивая, шикая друг на друга, они хохотали до слёз, представляя, как их сцепленные тела будут переданы в дар музею университета, а потом, их именами назовут какую-нибудь премию. Насмеявшись до икоты, Соби прикрыл глаза и, прижавшись спиной к груди Люка, начал дремать. Альфа гладил его по животу и тихонько покачивал, словно ребёнка. Проваливаясь в уютный сон, Соби почувствовал, как узел начал спадать.
