— И выслушивать потом неделю, что мы сами виноваты, а он предупреждал: не связываться с этим плодом больной фантазии пьяных некромантов? — обиженно шмыгнул носом зеленый и гордо прикрылся пушистым хвостом.
— С кем, с кем? — озвучила мои мысли Катя.
— С троллями!
— С кем?! — Я аж с дивана вскочила, на котором мы с ведьмочкой сидели. Близнецы, стоявшие рядом, рефлекторно шарахнулись, толкнув низкий столик, с которого на пол полетела посуда и наивкуснейшие конфеты. Слава чайным богам, чашки были пустые. Одна разбилась, но никто не придал этому значения, ибо все внимание было приковано к «двоим из леса», отражавшимся в волшебном зеркальце.
— Какие тролли? Большие, мелкие? Зеленые или нет? — начали сыпать вопросами парни, на что орсизы только патетично вздыхали, разводили лапками, кивали или мотали головами и продолжали жалобно посматривать на меня.
— Ладно, черти разноцветные, — сдалась я под выразительными взглядами ребят. — Говорите, куда лететь. Но учтите, за вами должок будет!
Покинуть накрытую защитным куполом академию оказалось не так и сложно, если знать как. Драконы знали. Над лесом летели, высматривая обещанный орсизами ориентир, коим служила бутылка из-под йада. В нее хитрые пушистики затолкали магические огоньки и водрузили светящуюся емкость на макушку высокой ели наподобие новогодней звезды. Примерно представляя, в какую сторону двигаться, мы всем коллективом выискивали светлое пятно среди темных веток и — о чудо! — нашли. А рядом с бутылкой обнаружились и разноцветные зверьки, активно махавшие нам лапками. Только их почему-то оказалось трое. Чуть ниже сине-зеленой парочки сидел белый малыш с выпученными глазами и, вцепившись всеми конечностями и хвостом в дерево, тихо поскуливал.
— Это кто? — спросила я, притормозив напротив елки.
— Где? — не поняли орсизы, но, проследив за направлением моего взгляда, сообразили, о ком речь. — А, это… Зверь неписец. Пристал как банный лист, теперь вот страдает тут. За идею.
— За какую идею? — нервно дернув уголком рта, поинтересовалась я.
— За великую! — сказал зеленый.
Неписец действительно песцом не был, и писцом — хотя, скорее, писателем, судя по заявлениям сказочников, тоже. Перепуганную зверушку было жаль, и я даже попыталась отодрать ее от ветки, чтобы спустить вниз, но пушистик оскалился и зарычал, не подпуская.
— Говорю же — идейный, — буркнул орсиз. — За нее он на все готов. Даже на ель залезть.
— И что за идея?
— Убедить нас не сочинять сказки.
— Убедил?
— Нет, но он над этим работает, — покосившись на белое чудо-юдо, вздохнул зеленый зверек, а синий стыдливо потупился, опустив украшенные кисточками уши.
Решив не тратить время на тех, кто не ценит наше внимание, мы с ребятами спросили малышей про троллей, и те охотно рассказали, что у выводка «мерзких пакостников» сейчас фаза активности, периодически чередующаяся с буйством. Поэтому держаться от них надо на расстоянии, чтобы не покусали, и отстреливать сонными заклинаниями. Потому что любые другие лишь раззадорят этот некромантский выводок, а смертельные — придадут им сил. Получив цеу, мы оставили орсизов на наблюдательном посту, а сами спустились ниже, подсвечивая себе путь магическими светлячками.
Первой на след напала Катарина. Вернее, какая-то грязно-зеленая кракозябра напала на нее. Визгов было-о-о… аж уши заложило. И вовсе не в исполнении белокурой ведьмочки. Она вообще скромно в сторонке стояла, спрыгнув с метлы. Зато опознанное как тролль существо каталось по траве, фосфоресцировало, грязно ругалось и истерически вопило, называя девушку недалекой и неблагодарной бестолочью, которая сначала бьет, а потом думает. Судя по тому набору слов, что лился из перекошенной пасти уродливого создания, я бы тоже сначала врезала, а потом… врезала еще разок и еще, чтобы не слышать весь этот ор. Катя же краснела, явно чувствуя себя виноватой. Пришлось взять ситуацию в свои руки и усыпить наконец страдальца, дабы не мешал отлавливать его сородичей.
Драконы тем временем приговорили еще двух тролликов к принудительной спячке. Потом мы с Катариной троих из кустов достали, а одного особо умного и говорливого сняли с дерева, из дупла которого он пытался донести до нас, неумех, как правильно нужно охотиться. Пока складывали в братскую постель из примятой травы спящих чудиков, ящер нашел новую жертву и принялся носиться за ней вокруг дерева. Однако тролль оказался подкованный: запрыгнул на ветку, глотнул какого-то зелья из заплечного мешка, подозрительно напоминающего горб, и… начал двоиться, потом троиться, пятериться… Одним словом, размножался он с неимоверной скоростью. Через какие-то считаные секунды на ветках, словно стая уродливых птиц, сидела группа троллей и слаженным хором скандировала:
