Я поступила под его командование в восемнадцать лет, будучи выпускницей военной академии и лётной школы, организованной моим отцом. Безумно красив, высок, широк в плечах. Змеевидная татуировка тянулась от виска, пересекая скулу и уползая под китель, расстёгнутый не по уставу на одну пуговицу. Чёрные глаза в гневе, испещрялись шоколадными лучами в моменты спокойствия. Тонкие губы придавали мужественному лицу аристократической твёрдости, а выбритые виски и дреды, забранные в высокий хвост, нагоняли ужас на каждого, прогневившего кэпа.
– С каких это пор домашних девочек присылают в горячие точки?! Совсем охренели?! Планета перенасыщена воинами, а командование женщинами прикрывается?! – первые слова, застрявшие в глубинах сердца, заставившие его затрепыхаться, ускориться и потеряться в этом мужчине.
Год я давила в себе чувства, стараясь меньше попадаться на глаза Лахтуру. Он сам не жаждал встречи со мной, заваливая заданиями подальше от капитанского мостика. Служба шла, и мы, наверное, так и избегали бы друг друга, пока к звездолёту не откомандировали его братьев Ларита и Литама, служивших до этого на других кораблях. Они были очень похожи. Тот же взгляд, та же стать, те же, сводящие с ума губы. Ларит ничем не уступал старшему брату, огромный с массивным разворотом плеч, с татуировкой, витиевато расчерчивающей левую часть лица, затылок, шею и прячущейся за воротом кителя, вызывая зуд в пальцах от желания снять одежду и пройтись по тёмным росчеркам вниз, узнать на сколько далеко они уходят вниз. За этими грязными мыслями и поймал меня Литам, младший из братьев Дор.
– Нравится? – прошёлся по виску бархатистым урчанием. – Хочешь потрогать?
Я аж подпрыгнула от неожиданности и от стыда, заливающего щёки румянцем. Литам стоял слишком близко, оставив пару сантиметров между нами, что не спасало от жара, исходящего от его тела. Чёрные омуты пожирали меня целиком, затягивая, не давая шансов на спасение. Непослушная чёлка спадала на выбритую полосками бровь, закрывала маленькие звёзды на виске, нахальный оскал поблёскивал белизной, маня пройтись по ней языком.
– Не стесняйся, яблочко, – шёпот, доносящий свежесть мяты, пробегающий мурашками по хребту, стремящийся вниз к пульсирующему лону. – Достаточно прикоснуться, и я весь твой.
Подняла руку, приближая к непослушным тёмным прядям, и одёрнула, заметив, как замер в ожидании Литам.
– Капитан! Мы на месте! – вырывает из воспоминаний голос Шамида. – Четыре корабля-разведчика дамиртальцев по правому боку!
– Орудия?! – проверяю данные по количеству и принадлежности вражеских кораблей.
