- Ну, ребятки, - говорит Томми, ставя продукты на белые, железные, садовые стулья.
- Лана собирается доставить его в Мехико, потому что она его социальный работник. Она не
собирается заниматься с ним сексом. Таковы новости дня. Мы запостили ее лицо по всему
периметру Тихуаны. Если хоть кто-нибудь захочет ее - они знают, где ее найти.
Рокко лежит на спине с закрытыми глазами и между его губами крепко зажата трубка,
полная тлеющего табака. Попугай издает еще один вопль и клюет парик Коко, сегодня у нее
стиль резкой блондинки с боб карэ. Рокко щурится, приоткрывает левый глаз и вынимает
трубку.
- Ну, кто-нибудь да найдет тебя здесь. Но боюсь, завтра мы должны будем уехать.
-?Qu'e es eso? (что это?) - воркует Коко, пока возвращает попугая в большую,
кованную, железную клетку. -?Es para m'i? (это мне?) - спрашивает она, подходя ближе и
забирая у меня пиньяту.
- Ага, - я пожимаю плечами и улыбаюсь Томми.
- Вы кушали, любовь моя? Вы голодны? В отеле никого нет. Вечер воскресенья, так
что я приготовила espaguetti (спагетти).
- Повезло с социальными сетями? - Томми спрашивает у Рокко, который снова лег на
спину. Рокко выдыхает белое облачка дыма с запахом вишни, открывает глаза и кивает. - Я
нашел его. У него есть своя собственная страничка. Я подписался на него через твой профиль.
Он просматривал кладбища. Думаю, пытался найти свою сестру. Должно быть, он узнал, что
она умерла.
- Ух! - говорю я непроизвольно и бегу за своим телефоном. У меня трясутся руки,
пока я просматриваю его фотографии. Большинство из них его картины и очень мало его
собственных. В основном это часть руки или фото в баре с друзьями, где он не смотрит в
камеру. Несколько фотографий его сына, которые, по эгоистичном причинам, мне больно
смотреть.
- Лана влюблена, - объявляет Коко, протягивая мне пиво и шот с текилой.
- Только не снова. Не думаю, что моя печень может это выдержать, - говорю я,
забирая и то и другое только для того, чтобы поставить их вниз и снова пройтись по
фотографиям. Самое лучшее, что я сделала за всю свою жизнь, это вернулась к самому началу
истории его профиля. Мози запостил фото со мной, ним и Лексом в морозное, серое утро в
Детройте. Я помню, как мой папа сделал это фото на мобильник Лекса. Не помню, чтобы я
когда-нибудь видела его - уверенна, я бы запомнила.
Мы так молодо выглядим, трудно поверить, что фото было снято только три года назад.
Мои щеки розовые из за холода и на мне бабушкино плохо подогнанное и устаревшее пальто.
Волосы Лекса в беспорядке, словно он только что проснулся, но думаю. фотография была
сделана в тот день, когда мы отправились в суд. Мози одет во все черное и слегка ухмыляется, словно он счастлив и тепло относится к нам. Мы могли бы быть тремя сиротами или тремя
эмигрантами из восточной Европы, прибывшие в конце прошлого века на остров Эллис. Вам
бы просто пришлось сменить наши наряды, а выражения лиц оставить так, как есть.
Я улыбаюсь и немного плачу, показывая фотография друзьям. Когда они возвращают
мне мой телефон, я оставляю комментарий под фото. Помечаю Лекса, чтобы он смог увидеть
его и просто чтобы дать ему знать насколько я близка к тому, чтобы найти Мо. Ставлю хэштэг
на фотографию : #каксемья #лучшиедрузья. Я улыбаюсь и чувствую себя хорошо. Пять минут
спустя я по прежнему рассматриваю фото, расположившись на кресле рядом с Рокко.
- Что ты делаешь? Пытаешься оживить фотку? - спрашивает Рокко, пробегая своими
пальцами по моим волосам. - Оставь комментарий на его страничке, попытайся привлечь
внимание!
- Я уже сделала это, - говорю я, снова концентрируясь на изображении. У меня
начинают дрожать руки, когда Мози отвечает на мой комментарий.
- #лучшиедрузья? В самом деле, Лана?
- Все, кем ты захочешь быть, - отвечаю я без раздумий.
- Ты сама сделала тот трафарет? Это было ужасно! Я попытался переделать его.
- Мне помогли. Позволь мне найти тебя. Я хочу встретиться с тобой - помочь
добраться до Мехико.
- Я так сильно перешел черту, не хочу соблазнять тебя. Чтобы ты
Ух. Это больно. Он недооценивает важность моей работы. Он считает, что я
использовала ее, как пустую отговорку. У него есть свои причины злиться на меня -
возможно, я заслужила это.
- Мне нужно увидеть тебя, - пишу в ответ, указывая простую истину. В моем мозгу
мелькает мысль, что я создаю здесь публичную запись - доказательство, которое послужит
тому, что меня не примут на мою следующую работу за недопустимые отношения с клиентом.
- Я снаружи у бассейна, - пишет мне Мози и я поднимаю взгляд, смотря на Рокко.
- Ты знал, что он здесь? Как давно он в Раю? Почему ты мне не позвонил?
- Просто иди, - говорит Рокко, махая мне рукой.
- Ты так права, Лана, mi vida, es
сексуально и сильно! Чмок! - выкрикивает Коко, целуя свои пальцы, пока я бегу через ее
жуткий сад со статуями голых мужчин, бледные конечности которых покрыты мхом и
плющом, словно прикрывающих их. Я с силой открываю дверь и делаю шаг в ночь. Воздух
по-прежнему горячий и тяжелый, а огоньки на дне бассейна отражают водянистые тени,
