— В лесу… Хм, в лесу. Ну ладно, допустим. А стрелять как? Те же животные, — уже в Вездетанке уселась она в кресло, сложив руки на груди.
— Лазеры.
— И высветититься на… хм.
— Угу. В чаще, — кивнул я. — Нечем лазеры фиксировать, никакой термодатчик не возьмёт сквозь сотни метров джунглей. Электромагнитного фона нет.
— В общем — даже интересно звучит, — признала подруга. — Но рисковано!
— Не-а, — довольно ответил я.
— А я говорю — рискованно!
— А я говорю — нет!
— Обоснуй!
— От обоснуихи слышу! — отпарировал я, а пока Светка хлопала клювиком и копила вредность на ответ, ответил нормально. — Свет, проектор электромагнитного щита. И тут твои знания пригодятся: что ты о боеприпасе этой мортиры знаешь? Вес, заряд, мощность?
— И высветишься с этим щитом… хотя шанс, конечно, — проворчала Светка. — А про снаряды эти я бы предпочла знать поменьше! Ладно, слушай, Жора.
Выслушал, записал. Полчаса сидели, считали. В общем — более чем неплохо выходило. У снарядов этих гибридный заряд: ударное кумулятивное ядро и обвязка осколочно-фугасная. Решение дурацкое, свойственное тупым империалистам, хотя в чём-то, в условиях десанта, на первое время годящееся: универсальностью.
Ну да ладно, посчитали со Светкой и Мопсом, прикинули. Выходило, что империалистический щит удержит десять империалистических снарядов на паре метров от брони Вездетанка. И… всё. В смысле, нет толку от этих снарядов. Ударное ядро просто шмякнет по броне и отскочит, тут нужно в упор. Про обвязку можно и не говорить. Нет, ну не камушками кидаться, конечно, но броня и каркас удержат.
Потом — десять минут генераторам надо, иначе сгорят. Ну, в общем, это не шанс выходил, а полноценная возможность и подстраховка. Если всё пойдёт не так с ЭМ-маскировкой. Это меня, хех, моя собственная на эти мысли натолкнула.
Прикинули, посчитали с полимером — губчатый, ничего сложного. Даже сами наварить сможем, но лучше пусть техники Петровича возяться.
И пошли к Василию с данными и идеей.
— Это интересно, — озвучил наёмник, просмотрев бумаги-расчёты. — А ракеты?
— Ракеты, Василий, протухли.
— И ты на это полагаешься, Георгий?
— Нет, конечно. У меня ПРО лазерное, — скромно погордился я.
— Ох, е…ать сколько у тебя атомных батарей-то стоит! — изумился Василий.
— Больше половины пространства, — признал я.
— Да уж. Ладно, похоже, что идея оптимальная. И пойдём на разведку твоим Вездетанком и нашим Носорогом, тяжёлым десантным транспортом. И его тоже от радаров прикрыть надо…
— Разгонниками стрелять нельзя! — напомнил я.
— Поучи ещё… Понятно, да и пороховое оружие есть. Ладно, значит, работаем.
Правда, для начала пришлось работать виртуозно матерящемуся Петровичу и его техникам. Сам главный техник просто радовал своими воплями, оглашающими техотсек:
— Е..ануться! Я, как ведьма е…учая, в котле, варю е…учее варево! Жорка, скотина х…ев!
— Сам женщина лёгкого поведения, — довольно потирал я руки.
Ну а через три часа полимер и на Вездетанк нанесли, и на Носорог. А я, невзирая на оскорблённый мат Петровича, полазил с датчиком, проверил отклик. В плане, не накосячили ли где техники, не пропустили кусок открытого металла. Но нет, всё было на совесть, что порадовало.
— Мудак ты, Жора, — довольно покивал Петрович на моё заключение. — Говорил я тебе, е…лану криворукому — всё в порядке!
— Доверяй, но проверяй, Петрович. У нас жизнь от этого зависеть будет, можно сказать.
А на следующий день, на рассвете, с пятикилометровой зоны на берег высадились Вездетанк и Носорог.
Высадились не просто так: Хариус прикрывал зону высадки пугалкой. Потому что те же раки сволочные могли нанести вполне ощутимый ущерб обоим транспортным средствам. Ну и начал Вездетанк прорезать нам путь сквозь деревья лазерными турелями.
Резка происходила довольно быстро, но быстрым путь это не делало. Двигали мы через лес, в котором ровная поверхность — скорее исключение, чем правило. И если срезать лазером дерево до вполне преодолимого пенька не сложно, то какой-нибудь подлый холм-кочка, на самом деле оказывающийся огромным булыжником под моховой шкурой… В общем, петляли мы сильно, в нескольких местах приходилось объезжать препятствия, возвращаясь по уже протоптанной просеке.
Всё это, как понятно, происходило в режиме строжайшего радиомолчания. На Носороге, поскольку он шёл за нами «прицепом», даже поотключали нафиг часть оборудования.
