-Я верю, в судьбу и благодарю, что на моем пути повстречался такой человек, как ты, - выкрутилась Екатерина, чтобы не отвечать на этот вопрос.
-Я тоже ей благодарен. Как жаль, что мы познакомились так поздно, - все еще переживал Володин, что не смог осуществить свои намерения.
-Катя, мое предложение остается в силе. Если вы не против, то нас может расписать и командир полка. В военное время у него есть такие полномочия, - не терял надежды Сергей.
-Сережа, давай переживем эти дни, а там посмотрим, - ушла от прямого ответа москвичка.
-Значит, нет? – сделал вывод парень, после таких слов девушки.
-Это не отказ, а просто пауза. Надо выдержать паузу, - пожалела чувства лейтенанта санитарка.
-Ты береги себя! – попросила она и на прощание поцеловала его в губы. На этом и простились. Она не собиралась слушать его слов признания. К чему они сейчас? Сережке суждено было стать «Призрачным лейтенантом», а она не хотела быть невестой призрака. Она вообще не хотела умирать, а все шло именно к этому. Проклятый Виктор! Попадись он ей сейчас под руку, застрелила бы собственноручно.
С Ларисой, санинструктором роты, она познакомилась с подачи лейтенанта Димы. Он видел, как прощалась парочка, и не стал пытаться ухаживать за санитаркой, как обычно происходило в подобных случаях. Девушки быстро нашли общий язык. Лариса надавила на старшину роты, и он выделил для новенькой обмундирование красноармейца. В штанах на позиции было удобнее. С сапогами немного сложнее получилось. Ее ноги ничего кроме туфель и кроссовок не знали, а тут керзачи, да еще и с портянками. Лара несколько раз продемонстрировала, как следует обращаться с портянками и приободрила тем, что так все ходят и Катя привыкнет. У них с Ларисой и двумя санитарами-носильщиками, был оборудован свой блиндаж на удалении от передней линии. Толком Еремина обжиться не успела. В первый день ее появления на переднем крае началось наступление фашистов. От разрывов мин и снарядов Еремина забилась в дальний угол блиндажа, боясь поднять голову. Лариса только посмеивалась над ней. Когда носильщики принесли первого раненного санинструктор рявкнула на москвичку и та, позабыв страх принялась заниматься положенным делом. Взрывы не прекращались, перемешавшись с ружейно-пулеметной стрекотней. Раненным бойцам они оказывали самую первую медицинскую помощь. Дальше их должны были переправить в батальонный медицинский пункт, а там, в полковой или госпиталь. С каждым часом боя количество солдат получивших ранение увеличивалось. Укрытие наполнялась бойцами. Кровь, стоны, причитания и взрывы, взрывы, все это давило на голову. В промежутке между атаками приполз к ним лейтенант Дима и сообщил, что ночью придет машина за раненными. Еле дождались темноты. Грузили сами. Намучались, пока отправили. Упали уставшие и голодные. Из еды нашелся один сухарь, который и поделили поровну. Пока не стреляли, прилегли поспать. С восходом солнца все началось по новой. Артподготовка и очередная атака. Пулеметы дота строчили без умолку. Потянулись сюда и те, кого зацепило осколком или пулей. К полудню не вернулся с передовой не один из санитаров-носильщиков. Лариска с серьезным выражением лица собирала санитарную сумку.
-Ну, что подруга, пришел и наш черед.
-Это ты к чему? – настороженно переспросила Еремина.
-На передок пойдем, - без лишнего пафоса, спокойно сказала девушка.
-Так там же кромешный ад! – не хотела, Катя покидать блиндаж.
-Не кому, кроме нас. Бери сумку.
-Лар, а может не стоит? – захныкала москвичка.
-Как это не стоит? Парни там кровью истекают, а мы здесь сидеть будем? Собирайся, тебе говорю.
-Так ведь и убить могут.
-Катька подбери сопли. Ты здесь зачем? Я, чтобы Родину защищать и спасать бойцов мой долг. Если струсила, так и скажи. Я пойму. Значит это не твое, - строго произнесла Лариса. Вопрос санинструктора пришелся в десятку. Действительно, зачем она здесь? Чего хотела? Проверить себя? Понять, где предел возможностей? Неужели на этом блиндаже она и сдулась? Лара не боится и идет. А чем она от нее отличается?
Екатерина сжала кулачки, процедила сквозь зубы: « Я не струсила».
До передней линии бежали, пригибаясь от пуль, а где-то приходилось и ползти. Катя свалилась в траншею и огляделась по сторонам. В нескольких метрах от нее распластался на дне окопа убитый красноармеец. Такой же самый покойник лежал и на бруствере, сжимая винтовку в руках. Поднялась и побежала дальше. Вот и живые. Мужчины вели огонь по врагу, не отвлекаясь по сторонам. Стрелок с окровавленной головой присел на дно окопа, обхватив ее руками. Еремина оказалась рядом.
-Я сейчас миленький, - достала она бинты. Сильно бабахнуло и пулеметный огонь со стороны дота умолк.
-Сереженька! – безмолвно прошептали губы Ереминой. Где-то поблизости стала слышна немецкая речь. Враг совсем рядом. Он вот-вотворвется в окопы. И тут она увидела лейтенанта Дмитрия, с перепачканным в сажу лицом и пистолетом в руке.