-Ясно, - учитель, сделав отметки, захлопывает журнал, и командует нам, - Направо, шагом марш! Бегом!
Пара кругов по залу, затем мы разбиваемся на пары с мячом, отрабатывать подачи. Как только наступают холода, и уроки переходят в спортзал, мы играем в волейбол. Такая своеобразная традиция, от которой тошнит. Иногда хотелось бы разнообразия.
-Сейчас приду, - я возвращаю мяч Сашке, походу мне реально нехорошо, - Алексей Васильевич, можно выйти?
-Иди!
Я бегом направляюсь к двери, ведущей из зала. Пробегаю до второй двери, ведущей в коридор. Он давит еще большей духотой, и ком подкатывает к горлу. Может выйти на улицу? Шаг даётся с трудом, будто нога вязнет в бетонному полу. Я пытаюсь нащупать рядом стену, для поддержки, но она уходит от меня, кружа своими плакатами в безумном хороводе. И в коридоре никого.
Что за фигня? Мне страшно....
-Ты что красавица?
Голос вроде бы знаком, но я не могу ответить. Реальность гаснет в глазах как конец фильма. Лишь бы не моего....
Машина скорой помощи неспешно отъезжает от школьных ворот. Аккуратно ползет по изгибам серого асфальта. Алексей Васильевич, я и Егор смотрим ей в след. Остальной класс разбрелся по своим делам, происшествие происшествием, а перемену никто не отменял.
-Хорошо, что ты ее нашел, - говорю я Егору, легко касаясь его плеча, пытаясь без слов передать свою благодарность.
-Да ладно, что уж, - кивает он в ответ, - Я и сам испугался, когда она по стенке поползла вниз. Походу она меня не видела.
-Михайлова, - сурово зыркнул на меня физрук, доставая из кармана зажигалку и красную пачку сигарет, - часто с Тимаковой такое? Не в курсе?
Я, молча, жму плечами. Сама в шоке.
-Алексей Васильевич, сигареткой не поделитесь, - задумчиво интересуется Егор, не замечая его округлившиеся глаза.
-Баклушин? Ты ничего не путаешь?
-Ну ладно, понятно, - даже не смутился Егор, - пойдемте в школу.
Мы втроем, подгоняемые октябрьским ветром в спину, бредем к школьному крыльцу. Погода, с утра кокетливо светившая солнышком из-за серых туч, почувствовала мое настроение и за пару минут собрала мелкий противный дождь. Получив первыми каплями по лицу, я, наконец, залетаю в такой же серый, но хотя бы сухой коридор.
-А куда ее повезли, как думаешь?
-В смысле? - удивилась я, - в районку, в Павловск. В нашей-то больничке вряд ли помогут.
-Не ну мало ли, заехать надо навестить, - спокойно ответил Егор, - Как соберешься, маякни.
-Хорошо.
Все следующие уроки, подобно дождю за окном, по наклонной нарастающей, усугубляли мою успеваемость. Немецкий язык, еще одна пытка, хоть и времена фашизма прошли, был последним уроком и поставил жирный завершающий аккорд в моей любви к учебе двойкой за домашнюю работу.
-Сань, что с Алисой? - самый популярный вопрос за сегодня, кажется, интересуемый всех одноклассников и классную руководительницу. Не знаю, сама бы хотела это узнать! Даже Паша, пару раз попадавший мне на глаза в коридоре, не вызывал никаких чувств. Волнение за подругу прочно завладело мной, пересилив злость на некогда милого сердцу парня. Фиг с ним, пусть живет пока.
Только пока.
Перед стеклянной дверью библиотеки, собираясь с духом, я вспомнила, что мама Алисы уехала с ней на машине скорой помощи, а больше источника новостей у меня не было.
Бесцельно проведя дома следующие два часа после уроков, я решила собраться на тренировку. Раз Николаевич говорит, что моя форма на пике, то надо хотя бы тут не пропасть. Алиска говорила, про какие-то соревнования в районе между школами, может, стоит поучаствовать, тем более с такими бонусами.
Телефон, безучастный к происходящему, показывал мне только половин третьего и низкий заряд батареи. Что там в этой больнице происходит, чем там Алису лечат или мучают?
Ванька храпит на весь дом, распластавшись на своей кровати, подобно морской звезде. Родители сегодня оба на работе и никто нас домашними делами не нагружает. Я, решив на дорожку выпить чай, вожусь с чайником на кухне. На улице скрипит калитка. Кого там еще?
- Привет! - смущенно улыбаясь, аккуратно прикрывая дверь за собой, моему взору предстает Витя.
-Привет! А Ванька спит, проходи, буди его!
-Хорошо, что спит, - он замирает на пороге, будто боится пройти дальше, - Я, это, к тебе....
-Ну, проходи. Садись, в ногах правды нет.
-В жопе тоже, - почему то грустно усмехается он, но все же берет стул. Молчание составляет нам компанию, заставляет нас не смотреть друг на друга, часто пить чай или нервно перебирать руками. Мы с того разговора не оставались наедине ни разу, всегда кто-то был рядом, либо Ванька, либо Алиса. Как давно это было, как в другой жизни. Я даже не заметила, как все поделилось на две части. Просто перешла из одной в другую.
-Я все знаю, Саня, - почти шепотом прерывает паузу Витя, - я знаю твой ... секрет.
-Какой секрет, - зато я не понимаю, что он имеет в виду, - Какой секрет?
-Что ты делала ночью на прошлых выходных. Я все знаю. Я все видел.