А тот, не отвечая ей, продолжал целовать, ласкать. С каждым следующим мгновением его движения становились все более резкими, все более настойчивыми. Он уже не боялся причинить Оксане боль, да и та не избегала ее. Она находила удовольствие в том, что Линев кусает ее. Она в кровь ободрала плечо о свежую, еще влажную штукатурку.
— Осторожно, — прошептала Оксана.
Но Александр уже не слушал ее. Он крепко прижал женщину к себе. Та вся отдалась ему, не обращая внимания ни на боль, ни, на беспорядок царивший вокруг.
Наконец, изможденная, она глухо застонала и шепотом попросила:
— Отнеси меня на постель…
Александр, пошатываясь от усталости, донес ее до матраса и бережно опустил на прохладные, немного влажные простыни.
Оксана выпрямила ноги и позвала:
— Александр, ложись со мной рядом.
Они легли и соединили свои руки.
— Тебе не кажется немного странным то, что мы с тобой делаем? — спросила Оксана, немного помолчав.
— Я должен тебе признаться: такой ночи у меня еще никогда не было.
— Еще только вечер, — сухо засмеялась Оксана, и ее голос эхом разнесся по пустой квартире.
— Не знаю, — Александр Линев замялся, — когда я тебя увидел впервые, то и подумать не мог, что такое возможно.
— Не притворяйся, ты сразу положил на меня глаз.
— Да, — неохотно проговорил мужчина, — но согласись, часто смотришь на девушек, на женщин, как бы прицениваясь к ним, но далеко не всегда мечты реализуются.
— А тебе не кажется, Александр, это простая случайность?
— Нет, совсем другое, — Линев воодушевился и сел в постели. Он прикрылся простыней до пояса, как бы стесняясь своей наготы, и, глядя в сторону, продолжал, — у тебя нет такого чувства, что эта квартира какая-то странная?
— Я еще не привыкла к ней, — ответила Оксана.
— А вот мне кажется, я начинаю чувствовать ее. Она разговаривает со мной, подсказывает, где и что нужно сделать. Я прислушиваюсь к этим советам, и все получается как нельзя лучше.
— По-моему, ты сошел с ума, — Оксана протянула руку и положила ее на плечо Александру.
Тот не шелохнулся.
— Да-да, не смейся. Квартира разговаривает со мной. Ведь я остаюсь здесь подолгу один и слышу этот голос.
— И что же она тебе говорит?
— Она говорит мне, какой хочет стать, какой должна быть. Она даже рассказывает мне о тебе.
— Обо мне? — изумилась Оксана. — Но я же тут почти не бываю. Что ей может быть известно?
Она уже включилась в игру и только подзадоривала Александра.
— Она говорит мне, что нужно с тобой сделать.
На лицо Александра падал свет уличного фонаря. И на какое-то мгновение Оксане показалось, что взгляд Александра какой-то отстраненный и вместе с тем жестокий. Но затем она отнесла это впечатление на счет игры света.
— И что она тебе советует сделать со мной?
— Вот это, — Александр наклонился и поцеловал Оксану в губы.
Та ощутила, как желание вновь просыпается в ней.
«Этого еще только не хватало!» — подумала Лозинская.
Она не узнавала себя. Никогда до этого ей сразу же после акта не хотелось близости. Наоборот, мгновенно женщина чувствовала отвращение.
Она слегка приоткрыла губы и ответила на поцелуй, сперва неуверенно, а затем все более страстно и страстно.
С этого дня Валентина и Оксана виделись все реже и реже. Они не так уж часто встречались в городе, чтобы выпить вдвоем по чашечке кофе и выкурить по сигарете. Разговоры вели совершенно необязательные.
Теперь Валентина Курлова не так подробно расспрашивала свою подругу о том, как обстоят дела у нее с Александром Линевым. Все и так было ясно по счастливой улыбке подруги. А если Курлова заводила разговор о том, что ждет Оксану в будущем, та отмахивалась.
— Как-нибудь да устроится. Расстаться всегда легче, чем сойтись.
— Конечно легче, но смотри, если у вас будет общее имущество…
— Откуда ему взяться?
— Не зарекайся. Ты еще можешь совершить такую глупость, как женитьба.
— Ни за что! — неизменно отвечала Лозинская к немалому удовольствию своей подруги, женщины, убежденно ведущей одинокий образ жизни.
Одно, что стало беспокоить Оксану в последнее время, так это то, с какой скоростью таяли ее деньги. И она добрым словом вспомнила опыт своего мужа Виктора, вспомнила общую тетрадь с разлинеенными графами и аккуратными столбиками цифр.
Однажды вечером, укладываясь спать вместе с Александром, она как бы невзначай напомнила ему о необходимости вести счета. Тот только улыбнулся в ответ и извлек из-под подушки толстую тетрадь, словно фокусник быстро пролистал страницы. От цифр у Лозинской запестрело в глазах.
— Здесь все мои траты от последнего гвоздя до самой первой доски, купленной, кстати, еще на мои деньги.
— А замок, который ты врезал в дверь, в счет внесен? — поинтересовалась Оксана.
— Пожалуйста, — Линев быстро отыскал нужную страницу и указал на запись, — вот, замок, купленный возле Киевского вокзала.
