– Да, – отвечаю не задумываясь, потому что это правда.
– Тогда я рада за тебя и подожду подробности. Расскажешь, когда будешь готова, – мягко улыбается.
Эльза одна из немногих людей, которая знает, через что мне пришлось пройти. Она знает всю историю с моим мужем и все, что случилось в тот роковой день.
Наверное, мы с ней подружились, потому что обе жертвы. Я – жертва сексуального насилия, а она – жертва домашнего насилия со стороны отца. Она рассказывала о себе, а я о себе. И самое главное – никто друг друга не жалел. Была грусть, но никакой жалости, которая обычно присутствует у других людей. Нам не нужна жалость. Мы все пережили и живем дальше.
– Расскажу, конечно. Тебе первой, – я делаю глубокий вдох и говорю на одном дыхании: – Я испытала с ним оргазм.
– Правда? – лицо подруги озаряет широкая счастливая улыбка. – Он гуру секса! Что он с тобой делал? Есть видео?
Я смеюсь, а у самой щеки горят.
– Видео нет. И… Блин, я не знаю, как об этом говорить.
– Как есть, детка.
– Мне стыдно. Мне кажется, это неправильно и грязно, – признаюсь я.
– Вы были вдвоем за закрытой дверью?
– Да.
– Тогда нет ничего постыдного и грязного, Эсмира. Вы оба взрослые люди.
Она права, как же она права. Наверное, мне нужно было услышать именно эти слова.
– Первый раз, когда мы занялись сексом, мне было очень хорошо. Только первый раз я испугалась, накатили воспоминания, но он вырвал меня из них. И последующие разы мне было очень хорошо. Я чувствовала, что оргазм вот-вот должен наступить, но его не было. А испытала я его… Стоя на коленях… Совершая… Э-э… Некоторые манипуляции.
– Ты ему сосала и кончила? – деловито спрашивает Эльза.
Я закрываю лицо руками и утвердительно киваю.
– Это нормально, Эсмира. Во рту много нервных окончаний, и это стимулирует возбуждение. Рот – эрогенная зона в умелых руках, точнее, в умелом члене, – смеется подруга.
– Эльза!
– Что? Тебе нечего стесняться! Знаешь, когда Тай ставит меня на колени, я сама в космос улетаю.
Я морщу нос.
– Не хочу слышать о ваших играх! Он мой брат.
– А зря! Я могу сто-о-олько рассказать, – смеется. – А если серьезно, то хватит себя изводить. Какая разница, как ты кончила: стоя на коленях и с членом во рту или на спине под одеялом и без света. Это все естественно, и стесняться нечего. Минет не делает тебя грязной или порочной. Грязной ты будешь только в одном случае: если не помоешься. Трахайся на здоровье, Эсмира.
– Спасибо, подруга, – смеюсь теперь уже я.
Мы еще немного поболтали и попрощались.
Разговор с подругой – именно то, что мне было нужно. Для меня все это в новинку, а Эльза понимает все с полуслова.
В сексе нет ничего грязного, нужно это принять, а прошлое оставить в прошлом.
Игоря я не видела почти неделю. Он прислал за это время всего одно сообщение со словами, что задержится. Я старалась никак не реагировать на это. Решила игнорировать тоску, которая разъедала мое нутро. Я не собираюсь к нему привязываться. Точка.
Утром в субботу я проснулась от спазмов в животе. Со стоном повернулась на бок и обняла себя за живот. Супер. Эти дни настали. У меня нерегулярный цикл, и отследить наступление “друзей” нереально. Надо проверить аптечку, если ли обезболы.
Марселю же было все равно на мое самочувствие, как только он увидел, что я проснулась, начал орать и требовать еды. Вообще этот пушистый комок быстро освоился и решил, что он теперь главный в семье. Я никак не отреагировала на требования пушистого террориста, поэтому он запрыгнул на меня и стал топтаться.
– Да сейчас встану, – говорю ему. – Какие же вы, мужики, все противные. Только и знаете, что мяу, мяу, мяу, – ворчу.
Я встаю с кровати, и спазм проходит по низу живота.
Ох.
Иду на кухню, кормлю своего мужчину, чищу лоток и только потом иду смотреть, есть ли у меня таблетки. Их нет. Супер! Хочу сделать доставку, но время доставки около часа, придется самой сходить в аптеку.
Я быстро умываюсь, одеваюсь и выхожу из квартиры. Хорошо, что аптека находится прямо внизу! А то час ждать, вообще с ума сошли? Я быстро купила, что мне надо, и зашла в кофейню, взяла кофе и булочку, не пить же таблетки на голодный желудок.
Когда зашла обратно домой, то меня начало просто трясти, я поняла, что скоро начнется приступ боли. Раньше у меня никогда не болел живот, но после изнасилования начался какой-то ад. Я быстро запихала в себя половину булки и выпила таблетки. Свернулась калачиком и ждала, когда все закончится. Я как-то видела в интернете картинку, когда акула кусает за живот, и надпись что-то вроде: вот на что похожа менструальная боль. Картинка очень близка к истине. Я реально стараюсь даже через раз дышать, чтобы не двигаться лишний раз.
Марсель, когда наелся, запрыгнул ко мне. Наверное, он чувствует, что мне больно, потому что лег около моего живота и начал мурчать. Это было так мило, что у меня на глазах выступили слезы. Мой маленький храбрый котик все чувствует.
– Ты мой сладкий пирожочек, – ворковала я, пока гладила кота по шерстке. – Мой любимый мальчик.
