Он прав. Я даже пешком могу ходить на работу. Я ничего не отвечаю, отворачиваюсь к окну. Внутри столько мыслей. Я реально даже не думала, что мы когда-то будем жить вместе! А ведь это не просто шаг вперед – это прыжок в бездну.
Игорь съезжает с дороги и поворачивается ко мне.
– Вслух, малыш. Давай. Ты же знаешь, я не умею читать мысли. А то бы с удовольствием забрался в твою голову.
Я тихо выдыхаю и тоже поворачиваюсь к нему.
– Мне кажется, что все происходит очень быстро. Ты прешь как танк, а я не успеваю за тобой.
– Тебе страшно? – мягко спрашивает.
– Да. Но не ты меня пугаешь. Наверное, мне еще трудно осознать, что все по-настоящему. Нельзя же вот так взять и перестать бояться, понимаешь? Я люблю тебя, Игорь. Но прости, я дефектная, – шепчу в конце.
– Блть, малыш, никогда так не говори! – произносит таким тоном, что я даже не спорю. – Это нормальные чувства. Любая на твоем месте испытывала бы замешательство. Но я не умею по-другому. У меня либо все, либо ничего. С тобой я хочу абсолютно все. Меня не устраивает встречаться по квартиркам и проводить несколько часов в день вместе. Я хочу просыпаться среди ночи и натягивать тебя на свой член, а утром вставать от минета. Я хочу знать, как прошел у тебя день, и обсуждать твое любимое шоу. Хочу, чтобы шерстяная жопа эта драла диван и орала. Я все это хочу с тобой. Я не хочу ждать. Хочу каждую твою секунду.
На глаза выступают слезы. Я тянусь к Игорю и целую его. Мое сердце просто разрывается от любви к этому мужчине. Любовь никогда не проходит. Мое сердце выбрало его, когда я была маленькой девочкой, и всегда будет принадлежать только ему.
– Хорошие аргументы, – хриплю я. – Особенно про натянуть среди ночи.
Он смеется и целует меня в кончик носа.
– Раз мы все решили, поехали.
Мы доехали до моего комплекса, зашли в лифт. О, что там началось. Игорь не мог просто держать свои руки при себе. Я шикала на него, угрожала, но сдалась. Я думала, что он возьмет меня прямо там. Он целовал меня так глубоко, что не хватало воздуха. Трогал, гладил, кусал.
Мы буквально вывалились из лифта. Я стояла, прижатая его телом ко входной двери, и не могла ее открыть, руки не слушались. Меркулов толкался в мою попу внушительной эрекцией, показывая, что мы сейчас точно не вещи собирать будет.
– Хочу тебя, малыш, – шептал на ушко, покусывая мочку. – Пососешь мне? Хочу твой рот, а потом киску, – накрывает ладонью меня между ног.
Я стону и наконец-то открываю дверь.
Как только оказываемся внутри, буквально набрасываемся друг на друга. Между нами все искрит, шипит, плавится. Игорь разрывает на мне платье, пуговицы летят в разные стороны. Мой рот наполняется слюной, стоит подумать, что я сейчас опущусь на колени и возьму его в рот…
Меркулов стягивает чашечки лифчика вниз и кусает соски. Я кричу от остроты ощущений. Кажется, я сейчас сойду с ума.
– Трахни меня, – хнычу. – Я хочу тебя, Игорь. Пожалуйста, – умоляю.
– Эсмира, – слышу голос и холодею.
Внутренности скрутило от ужаса. Возбуждение сняло рукой. Я поднимаю взгляд и встречаюсь глазами со старшим братом.
В жизни я творил много дерьма. Но никогда не придерживался девиза: что посеешь, то и пожнешь. Я привык брать абсолютно все. Если передо мной ставили блюдо, то жрал столько, пока не чувствовал, что еще немного, и я лопну. Не люблю полумер.
Я много учился и работал, чтобы быть там, где сейчас нахожусь. Никто не знает, чего мне стоило вывести бизнес на легальный уровень. Сколько я пахал и терял.
Я человек принципов.
Однажды я решил оставить прошлое далеко позади и никогда к нему не возвращался. Но потом в моей жизни появилась Эсмира Иманова. Снова.
Девушка с самыми красивыми глазами, ангельской внешностью и улыбкой, ради которой можно умереть. Моя малышка.
Она – сестра моего бывшего друга. Я не воспринимал ее как-то иначе. Я знал, что я ей нравлюсь. Но она была под запретом. Всегда. А потом она запрыгнула голой ко мне к койку, и я едва не тронулся мозгами. Девочка созрела. И точно знала, чего хочет. Меня.
Я не мог ее испортить. Запачкать собой. Слишком она юная и неопытная. Верит в розовых единорогов и чудо любви. Нельзя такой быть. Она была единственным светлым пятном в моей жизни, я не мог с ней так поступить.
Думал, что спасаю, а оказалось, Эсмира пережила свой собственный ад. Повзрослела быстро и беспощадно.
Ее слезы убивали меня, разрывали на куски, когда она, рыдая в моих объятиях, рассказывала, что с ней сотворили. Мне хотелось воскресить каждого и убивать медленно, снова и снова.
Какие нах*р три месяца? Я ее не отпущу. Никогда так не желал женщину. Только ее. Свою Эсмиру. Я даже не думал, что способен на такие чувства. Это не просто секс, что-то намного мощнее и глубже.
Чего только стоит ее взгляд доверчивый. Смотрит на меня, как на божество. Я голову теряю.
Только у нас все хорошо стало, приперся Тео, мать его, Иманов!
Эсмира в моих руках замирает и превращается в камень, кажется, она даже дышать перестала. Я закрываю ее своей спиной и поправляю на ней одежду. Беру рукой за подбородок, она вздрагивает.
