Я снова улыбнулась. Вечер забылся, забылось просто-напросто все. Спенсеру удалось затмить все, что меня расстраивало.
– Папа сегодня представил мне свою новую подругу.
– А, – отозвался Спенсер. – И?
– Она замечательная. Самое забавное, что мы с ее дочерью Эверли вместе учимся в «Писательской мастерской».
– Какое совпадение.
Я затаила дыхание.
– Я сегодня жутко опозорилась, Спенс.
Он терпеливо дожидался, пока я продолжу. Одно из качеств, которые мне в нем нравились, – он никогда не задавал вопросов. Он давал мне время. Всегда давал мне время.
– Мы поехали ужинать, и… Ребекка с Нейтом оказались в том же ресторане.
Он с шипением вздохнул:
– Твою мать.
– Это точно. Меня словно переклинило, и я сползла под стол.
Спенсер вновь выругался.
– Я совсем опозорила папу, – пробормотала я, прикрыв рукой глаза. От яркого света люстры их начало жечь. По крайней мере, я старалась убедить себя в том, что это настоящая причина.
– А вот в это мне не верится. Твой отец тебя знает, Доун. Ему известно, как тяжело ты пережила расставание, хотя и делала вид, что всё в порядке. – Спенсер на миг замолчал. – Можно сказать тебе свое честное мнение?
– Я хочу, чтобы ты всегда был со мной честен, – моментально ответила я.
– Хорошо. Мне кажется, ты должна рассказать своему отцу правду. То, что произошло – полная хрень. У тебя такие близкие отношения с папой. Если ты продолжишь скрывать, что так тяготило тебя в прошлом году, в будущем оно всегда будет стоять между вами. И неважно, как это отразится на его отношениях с Дурслями.
– Даффи, – помедлив, поправила его я.
– Да мне все равно, как зовут родителей этого ублюдка.
Снова я заулыбалась как идиотка.
– Мне почему-то даже нравится, когда ты ругаешься.
– Если это добавит мне неотразимости в твоих глазах, с этого момента я буду делать так постоянно. Что ты скажешь, если я громко прокричу слово «мудак»?
Я наигранно застонала:
– Это будет очень сексуально.
Он проорал слово так громко, что у меня в ушах зазвенело.
– Ну, как тебе?
– Я думала, ты на улице.
– Так и есть. Одна женщина упала в обморок, какой-то мужчина чуть меня не сбил, а все дети в радиусе пяти миль[8] добавили новое слово в свой еще небогатый лексикон. Сегодня ночью их родители явятся за мной с вилами и факелами.
– Ты настоящий герой.
– Делаю, что могу, – откликнулся он, и я вроде бы расслышала ухмылку в его голосе. – Когда ты вернешься домой?
– Собираюсь приехать сегодня вечером.
– Увидимся завтра? – спросил Спенсер.
Мое сердце забилось быстрее.
– С радостью.
– Класс.
– Мне тоже так кажется.
– Если не возражаешь, я сейчас побегу дальше. Упавшая в обморок женщина только что меня обогнала, и я не вынесу больше ни секунды этого позора.
– Конечно. Извини, что отняла у тебя столько времени.
– Не говори ерунду, Доун. Можешь звонить мне всегда, если тебя что-то тревожит. Ну, или если ночью тебе не спится и хочется заняться безопасным сексом по телефону.
– Спенс!
– Просто к слову пришлось. – Он усмехнулся.
Пусть я его не видела, но слышала это и каким-то образом даже чувствовала. В груди зародилось предательское тепло, а сердце совершило подозрительный кульбит.
– До завтра, крошка.
Я сглотнула сухой комок.
– До завтра.
После того как я положила трубку, мир вдруг стал казаться не таким уж ужасным.
Нет. Нет, не может быть!
Пугающе быстро я кликнула на свое исходящее письмо и пробежала глазами сообщение, которое утром отправила Нолану.
Правда.
Я правда отправила ему три первые главы «О нас». Зато своей бета-читательнице послала домашнее задание для Нолана. Такого просто не могло случиться.
В ту секунду я горячо желала, чтобы в меня ударила молния. Или сбила машина на полной скорости. Или просто то и другое одновременно. Я стукнулась лбом о барную стойку и тут же чертыхнулась, потому что получилось очень больно.
– Что опять случилось? – раздраженно осведомилась Сойер.
