Доверься врагу полностью

Почти идеально прямая, с тщательно выровненным тартасфальтом,[1] Си Стрит, не повторяя плавные изгибы берега, тянулась вдоль узкой полосы пляжа с редким красным песком на целых четыре с половиной километра до самого каменного мыса, дальше уже автоматически переходя в асфальтированное шоссе. Двух– и изредка трехэтажные аккуратные дома, гордящиеся своими ухоженными газонами и стрижеными кустами, стояли, как это обычно бывает, только по одну сторону улицы, не загораживая вид на пляж и на солнце. Солнце в Соренто-Кид красиво только на закате, когда оно красным столбом отражается в океане, а потом растворяет этот столб в красном же песке. В дневное время оно белое и жаркое, иногда почти изнуряющее. Нормальное калифорнийское солнце. Но шоколадным любителям пляжного отдыха такое было больше всего по душе. В разгар пляжного сезона сюда, на калифорнийское побережье, съезжалось множество отдыхающих, полностью заполнявших все четыре небольших отеля Соренто-Кид и все близлежащие мотели, которые едва ли кто-то когда-то считал. Но на пляже, как правило, отдыхало не больше половины из приехавших, остальные же, вместе со своими разноцветными пластиковыми досками для серфинга, предпочитали уезжать за каменный мыс, где легче поймать длинную волну, на которой можно кататься и кататься в свое удовольствие. Главное – суметь правильно выбрать подходящую волну и грамотно «оседлать» ее. Большинство приезжих с этим справлялось хорошо, и потому вид серфингиста, катящегося на гребне мимо пляжа, редкостью не был.

Помимо дороги, улицу от пляжа отгораживала узкая полоса пальм, под которыми, вдоль всего тротуара, прямо на мягкой траве были установлены небольшие и легкие скамейки для отдыха. Сиди себе в тени, когда солнце в зените, и любуйся морем. Вид моря всегда успокаивает и вообще действует на человека благотворно. Отдых на скамейках предпочитали пляжному песку пожилые пары, которые выходили на воздух ближе к вечеру, когда было не так жарко.

В этот день было особенно ветрено, бриз приходил с моря под острым углом, потом, отражаемый лесистыми горами, окаймляющими городок, поворачивал вдоль берега в сторону каменного мыса. Общеизвестно, что в такую погоду волна для любителей серфинга бывает особенно хорошей, хотя и довольно опасной. Люди с досками уехали за мыс, чтобы не упустить такой день. Посмотреть на них, поскольку ветер дул с другой стороны и волны шли не от мыса, а в его сторону, отправились и многие из тех, кто сам оседлать на доске волну не решался. И загорающих на пляже было не так много, как обычно.

Моложавый, но седой человек в белом костюме и с непокрытой коротко стриженной головой сидел на одной из скамеек под пальмами, читая газету. Выглядело это не совсем серьезно, потому что ветер газету старался из его рук вырвать. Другой бы давно ушел куда-то в сторону, если уж ему необходимо что-то срочно прочитать. Хотя бы в тихий бар, расположенный неподалеку. Там работал бесшумный кондиционер, всегда несущий прохладный воздух, а от ветра защищали стены. Но седой человек упорно разворачивал страницы и никуда уходить не собирался.

В доме напротив пожилой человек в инвалидной коляске сидел у распахнутого окна второго этажа с биноклем у глаз и постоянно отбрасывал рукой трепыхающуюся на ветру штору. Этот человек проводил перед окном своей спальни почти все свои дневные часы, обычно тратя время на то, чтобы хорошенько рассмотреть загорающих на пляже молоденьких девиц в тонких полосках ткани, заменяющих одежду. Но в такой ветреный день и девиц там оказалось не так много, как обычно, и потому инвалид убивал скуку рассматриванием человека в белом костюме. В принципе такая статичная картина не могла, конечно же, привлекать слишком долгое и пристальное внимание. Но у инвалида была привычка всматриваться в лица людей и пытаться по ним представлять их характер, игрой воображения строить динамичные картины. Так, например, рассматривая на пляже девиц в бикини, инвалид представлял, как изменяются их лица в постели. Еще с тех времен, когда он не был прикован к инвалидной коляске, был неплох собой, состоятелен, весел и очень любил менять подружек, инвалид всегда всматривался в их лица во время секса и даже произвел определенную классификацию лиц, связывая выражение с естественным темпераментом, артистичностью, а случалось, что и со стыдливостью.

Классификацию мужских лиц инвалид никогда не проводил, но воображение у него было богатое, и мысленно смоделировать любую ситуацию он был вполне в состоянии. И решил начать с этого тупого читателя на скамейке.