Мне правда вдруг становится дико страшно от взгляда, который обрушивается прямо на голову.
Этот взгляд не просто «не сулит ничего хорошего», он убивает. Он готов убивать, как и его хозяин.
Я не ошиблась. Влад очень сильно изменился, потому что ТАК он не смотрел на меня никогда…Бешено, почти безумно!
Неужели я не просто нарвалась на типичную историю с женатым мужиком? Все еще хуже?! Он еще и больной?! Да?! Теперь отвезет меня в лес и прикопает у самой высокой ели?
Мамочки…
— Я тебя предупреждаю в последний раз, — рычит, упираясь лбом мне в щеку, — Завали свой сранный рот, или, клянусь, я его тебе скотчем замотаю!
Грубо отпихивает меня, но сейчас я не против. Это ведь способ оказаться как можно дальше от него, и я им пользуюсь, буквально врастая в пассажирскую дверь.
Не дышу.
Влад выворачивает руль, зад машины немного заносит, но он быстро ее выравнивает и выезжает на набережную. Спидометр опасно идет вверх. Да твою мать! У меня внутри нарастает такое странное чувство…оно, знаете, похоже на ощущение свободного падения, и, как раньше, скорость не приносит ничего, кроме страха.
Мне натурально страшно! Что сейчас он свернет случайно, или перестроится неудачно, вильнет — вот и смерть. Я никогда не боялась с ним разбиться, но сейчас…сейчас все иначе. В который раз.
Доводу на меня абсолютно насрать. Он продолжает набирать скорость, маневрировать и злиться. Я снова слышу, как Влад скрепит челюстью, как на ней дико сжимается желваки, и тихо шепчу.
— Куда мы едем?
Знаю «куда». Дорога ведет в единственное место…
— В Лисий нос, — с ухмылкой выплевывает, потом бросает на меня взгляд, и я окончательно немею.
— Останови машину.
— Нет.
Это тоже очевидный ответ. Но реакция у меня совсем какая-то…истеричная. Очередной светофор дарует площадь для маневра, и я рвусь к двери, уже касаюсь ручки, только вот слышу щелчок.
Он их заблокирован.
Резко перевожу взгляд, который плывет от слез.
— Выпусти меня!
— Нет!
— Да! Я туда ни за что не поеду, я…
— Что ты, а?! Что, Женя?! Что ты можешь?!
Взрывается следом за мной, и это вводит меня в какое-то состояние…ужаса что ли. Боли. Не знаю! Всего и сразу! Не просто же так я дальше буквально умоляю…
— Пожалуйста…отпусти меня. Я туда не вернусь.
— Знаешь... — еще один злой смешок, — Я когда увидел, как ты из такси выходишь, меня здорово торкнуло.
Всхлипываю.
— Но это неудивительно. Ты охрененно красивая, малышка, и тело у тебя огонь. Спасибо, что не оставила места фантазии...
На сказанное со жгучим сарказмом, краснею густо и снова всхлипываю.
— Но там...— он хмурится, — У лодочного домика...все было совсем не так...как я привык. Трахать шлюху без презерватива?
— Как ты меня назвал? — еле слышно шепчу, только он вообще не реагирует!
Влад нервно сжимает руль, хмурится, будто сводит воедино какую-то формулу, потом кривится. Видимо, ответ ему не сильно нравится, а по резкому тону понимаю, что не ошиблась.
— Я не привык поступать импульсивно, милая. Какая бы крутая задница не пряталась за милым платьишком — я никогда не сплю с женщинами без защиты! С тобой накрыло. Я пытался свалить на злость, на то, что хотел тебя наказать, что перебухал в конце концов! Но угомониться не получалось. Отмахнуться не смог! Пошел дальше. Думал, увижу тебя в университете и пройдет, а только сильнее стало. А у себя в офисе?! Когда я от тебя глаз не мог оторвать?! Как сранный мальчишка! Понял. Другое. Все другое...все иначе...
Он спятил что ли?!
Это единственное, что приходит в голову на эту неожиданную, сбитую исповедь. Что происходит?!
Довод тем временем выдыхает смешок, нервно отбивая по рулу указательным пальцем и следя за циферблатом светофора.
— Меня на части рвало. И Ева...
— Не произноси ее имя при мне! Я не желаю его слышать!
— Вы с ней поразительно похожи в высказыва...
— Как ты смеешь сравнивать нас?!
Все летит к черту: Влад вообще не реагирует, а продолжает...
— Но она обычно не реагирует так на шлюх...
А это больно. Я совсем не понимаю, чем такое заслужила, но мне совсем не можется что-то сказать в ответ. Язык присыхает к небу, а сердце больно царапает все кровотоки разом. С каждым ударом.
За что? Просто...за что?...
— Лисий нос. Я не понял, но...потом...
Фраза резонирует, только я на это сейчас внимания не обращаю. У меня внутри землетрясение и совсем не получается сосредоточиться. В голове всего один вопрос: за что ты так со мной?...
— Ева...
Жмурюсь.
Я не хочу о ней слышать! ЗА ЧТО?! Но ему плевать! Влад что-то говорит-говорит-говорит дальше, в голове нарастает шум, пока вдруг...я не дохожу до точки своего кипения.
— ЗАТКНИСЬ! ЗАКРОЙ СВОЙ ГРЯЗНЫЙ РОТ! — ору, плотнее закрыв глаза и прижав руки к ушам, — ТЫ ТАКАЯ ТВАРЬ! Я ТЕБЯ ПРОСТО НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ, КАК НИКТО И НИКОГО НИКОГДА НЕ НЕНАВИДЕЛ!!!
В салоне повисает тишина. Ее нарушает только мое частое, хриплое дыхание и, наверно, громкие удары сердца. Почему-то...кажется, что его все-все слышать. И Влад, и все водители потока...а я хриплым голосом от слез шепчу неизвестно кому...
