Ева уходит, но, спасибо, донесла предельно ясно свой посыл: сказанное ею не пустой звук. К сожалению, как бы и что бы мне не говорили, но не пустой…
Сердцем чувствую.
А еще чувствую, как требовательно на меня смотрит Ника, отвечаю ей и слегка улыбаюсь, мол, все нормально. Уверена, она понимает, что нет, но я обсуждать это не хочу.
Смысла нет.
Я снова его не вижу…а вместо этого тону. Медленно ухожу под толстый пласт действительности: все будет так, как она предрекла...
Все будет так...
Готовься, Женя. Просто, твою мать, держись...
Я чувствую, что тону.
Полностью закрывшись в свою раковину, на все вопросы отвечаю односложно и все чаще поглядываю в сторону двери.
Хочу сбежать.
Даже думаю сослаться на сына, но потом вспоминаю, что он у родителей Влада, и окончательно сникаю.
Да чтоб тебя! Когда все это кончится?! Нет. Показ то кончился, а вот теперь мы в самом настоящем сафари. Так я вижу афтер-пати, где все друг другу улыбаются, а как будто бы и нет. Ника часто рассказывала, что нет, так что мне не кажется. Теперь я лучше ее понимаю…
— Тебе не понравился показ? — тихо спрашивает Влад, аккуратно положа руку мне на талию.
Как же жаль, что Никита и Ника отошли «пообщаться» с кем-то по его работе. Так хотя бы было какое-то прикрытие — он его отвлекал разговором, Ника делала тоже самое, иногда вставляя свои реплики.
Сейчас бежать некуда.
Напряжение между нами очень явное. Плохое напряжение, ни то, к которому я привыкла, и я по глазам вижу, как его бесит внезапная смена моего настроения.
Или я.
Ничего страшного. Все это взаимно, родной. Ты пытаешься улыбаться и не давить на меня, а я пытаюсь сдержаться и не зарядить тебе по морде — честный обмен!
— Когда нам можно будет уйти? — спрашиваю тихо, он переводит взгляд в зал.
— Еще немного побудем и поедем.
И почему у меня складывается ощущение, что он ждет ее? Ищет глазами? Наверно, потому что когда находит ее внезапно возникшую на горизонте фигуру, меня отпускает и слегка усмехается.
Глядя ей в глаза.
Будто меня здесь нет.
Потрясающе…
— Ну привет, Довод.
Подплыла наконец. И он сразу, как петух, хвост распушил.
— Ну привет, Самойлова.
Ева тихонько посмеивается, снимая бокал с подноса, снова переводит взгляд на Влада и поднимает брови.
— Удивлен, что я сменила фамилию? Меня в этом мире знают, как Еву Самойлову. К тому же, у тебя есть новая Довод. Привет, Женечка.
Сдохни.
Поджимаю губы и увожу взгляд в сторону, прежде кивнув. За это в меня сразу летит смешок:
— Ну же, малышка, улыбнись. Все за нами наблюдают, а ты же не хочешь, чтобы кто-то усомнился в нашей легенде?
Сдохни в квадрате. Влад снова кладет руку мне на талию и подталкивает чуть ближе, а я изо всех сил стараюсь действовать по советам подруги. Натягиваю фальшивую улыбку и смотрю Еве точно в глаза.
— Ты была очень красивой. Мои поздравления.
— Я всегда красива, малышка, но вот тебе мои поздравления. Ты почти похожа на приличную женщину.
Резко краснею. Хочется спрятаться от ее взгляда, превратиться в пыль, и я совершенно не знаю, что ответить. За меня это снова делает Влад.
— Ева. Прекрати.
Строго, но не зло — удручает. А самое противное, что она тоже это понимает. По алчному блеску глаз вижу, что довольна, притворно-обворожительно улыбаясь и "покорно" кивнув.
— Прости, старые привычки.
Хорошая актриса, сука.
— Как вам показ?
— Как всегда на высоте.
Мне здесь слышится: «ты была на высоте», а также хриплые нотки в его голосе, еще какой-то смысл сокрытый, который снова ловит Ева.
Она отпивает из бокала, глазами стреляет, потом еще противней улыбается и говорит:
— Как когда-то давно, да?
— Господи…немыслимо просто, — шепчу себе под нос.
Но сдержаться не могу! Это правда просто немыслимо! Она с ним флиртует, а он ей отвечает! И никого, ничего не смущает! Твою мать!
Выпиваю шампанское разом, сильнее, чем планировала, опускаю бокал на поднос официанта, а потом цежу, глядя Владу в глаза.
— Хочешь трепаться с ней дальше?! Милости прошу. Я домой.
Сразу и разворачиваюсь. Мне не нужно слышать ответа, я не хочу прощаться, ничего не хочу! Плевала с высокой колокольни на все дурацкие правила приличия, и на то, что я, очевидно, облажалась с блеском и фанфарами.
Не выдержала.
Показала эмоции, слабость, все наружу вытащила, как дура! И теперь Ева знает…но я просто не могла! Не могла…стоять и смотреть, как они воркуют…
Это слишком больно.
— Какая она у тебя нервная… — слышу гадкий смешок и тихую шпильку Евы, но она не ранит меня почти.
Сильнее всего то, как он на нее смотрел.
Да…это сильнее всего.
— Какая муха тебя укусила?! — Влад догоняет меня в фойе, дергает за руку на себя, когда я не отвечаю, а продолжаю уверенно двигаться к дверям, — Женя, твою мать!
— Пусти!
Шиплю, как кошка.
— Я хочу домой!
Влад опасливо озирается.
Да…устроить сцену в набитой журналистами и всяким сбродом гостинице, не самое мудрое решение. Поэтому он молча кивает через пару мгновений, бесится, но поворачивает вместе со мной в сторону выхода.
Подтапливает в спину у лимузина.
Я жду, что претензии начнутся уже внутри машины, но едем мы в тишине. Однако, удивительно.
