Он не закончил, не мог этого сказать. Лишь прикрыл глаза и до зубного скрежета сцепил челюсть. Женя жалась к нему боком, прикрыв ладонью рот в немом крике паники и ужаса. Ей было страшно все это услышать. Но еще страшней понять, что бы могло произойти, не появись Дима вовремя. Но самое ужасное - она бы даже этого не помнила!
- И теперь я боюсь того, что в следующий раз не успею. Что в следующий раз ты будешь лежать передо мной истерзанным телом, не понимающим, что с ним сделали, использованным и грязным.
Мужчина повернулся к ней лицом и с мольбой о прощении, одновременно твердостью и решительностью добавил:
- Поэтому в следующий раз я за тобой не пойду.
Женя смотрела на него широко распахнутыми, грустными, понимающими и напуганными глазами и молчала. Было ужасно это услышать, но в то же время правильно. И это не его каприз. Это - ее вина.
- Я люблю тебя, - тихо, с отчаянием прошептал Дима, обхватив руками ее лицо и прижавшись лбом к ее лбу. - Люблю всей душой. Но я устал. Я больше так не могу. Поэтому если ты еще раз уйдешь - я не пойду тебя искать. Я не брошусь следом в попытке спасти и защитить, обезопасить. А ты - не возвращайся.
Он смотрела на нее такими глазами, что сердце сжималось от боли, по щекам слезы побежали, а губы задрожали. В его глазах Женя видела все, о чем он говорил: любовь, страсть, тоску, боль, отчаяние и решимость. Да, он не пойдет за ней больше. И она не посмеет его обвинить в том, что он ее бросил и оставил, не захотел помочь. Не теперь. Не в этой ситуации. Больше она не имеет права быть слабой. Он доказал ей свою любовь, свои чувства. Он помогал, защищал и поддерживал. И Женя понимала, что этого ему теперь мало. Она и сама осознавала что, то, что между ними - это не отношения, это не семья. Между ними нет доверия, нет преданности и чувства ответственности. Она понимала, что не смеет больше его держать и чего-то ожидать, если не готова дать взамен хоть что-то. И она обязана постараться. Ради него. Ради себя. Ради них.
- Я поняла, - закивала Женя, хлюпая носом и кивая головой. - Ты прав. Прав во всем. И я знаю, что так правильно. Ты достоин лучшего. И если я не смогу тебе этого дать, я уйду. Отпущу.
- Я не хочу этого, - прижимая ее к себе и зарываясь носом в ее волосы, зашептал Дима. - Ты знаешь, что не хочу. Но дальше так продолжаться не может.
- Я знаю, - обнимая его, произнесла Женя. - Это я во всем виновата. Только я. И мне жить с этим грузом.
- В твоих силах все исправить. Я хочу в это верить, хочу верить в тебя. Хочу удостовериться, что твоя любовь ко мне сильнее всего остального: проблем, зависимости и отчаяния.
Легким движением Дима пересадил девушку к себе на колени и крепко обнял. Она тихонько плакала у него на груди, вздрагивая всем телом, и продолжая шептать 'прости'.
Глава 3
- Что с тобой? - чуть нахмурившись, поинтересовалась Ольга, заметив, что Дима смотрит в одну точку уже минут десять, о чем-то напряженно размышляя.
Мужчина покачал головой и вернул свое внимание бумагам в руках.
- Ты чем-то озабочен, - не отстала от него девушка.
- Просто тяжелый день.
- Одиннадцать утра всего.
- Утром у меня был серьезный разговор с Женей.
- Да, ты говорил.
- Он непросто мне дался, и я никак не могу выкинуть его из головы.
- Ты боишься, - проницательно, чуть удивленно заметила девушка.
- Да? - невесело хмыкнул Дима. - Возможно. И есть чего. Я поставил Жене условие, и буду бояться, что она его не выполнит. И самое главное, что постоянно: могут пройти года, и она его нарушит. А я все это время буду дрожать и труситься.
- Что за условие?
- Я не пойду за ней больше, если она снова сорвется, - тяжело вздохнув, произнес мужчина.
Было напряжно вслух повторять это, но так нужно. Так он быстрее смириться с тем, что сделал правильный выбор. Так он быстрей поймет, что все верно.
- А ты сможешь?
- Не знаю, - усмехнулся с горечью Дмитрий. - Не уверен. Я люблю ее, это будет не так просто - отпустить. Но знаю, что правильно.
- Все верно. Ты имеешь право выбора. Это твоя жизнь, и только тебе решать, как ее прожить. Женя наверняка понимает все это.
- Понимает. И принимает, и даже упрека не проскользнуло в ее словах и взгляде. И это дает понять, что она меня любит. Но вот хватит ли ей этой любви, чтобы противостоять зависимости? Хватит ли сил?
- Только ей об этом думать и решать. Ты сделал все, что мог. Теперь ее ход.
- От правильности понимания не становится легче. Я ведь не могу быть уверенным, что если сейчас, в этот год, в ближайшие два или три, она не сорвется, то этого не произойдет и через десять лет. Что тогда? К тому времени у нас уже могут быть дети, и у меня появится и эта ответственности - перед ними. Меня теперь страшит это - семья. Что если я не смогу ее обезопасить и защитить?