Дождь полностью

Старое шоссе, ведущее к границе терраформированных территорий, начиналось от города. Пологий съезд прорезал цокольный этаж мегаполиса, перетекая в скоростную трассу там, где высились давно не функционирующие, распахнутые настежь ворота.

Внедорожник службы климатического контроля, тащивший за собой массивный прицеп с аппаратурой, появился на съезде незадолго до сумерек. Автомобиль, шелестя покрышками и озаряя отвесные стены рукотворного ущелья периодически включающимися стоп-сигналами, накатом преодолел спуск и послушно остановился, повинуясь жесту вооруженного охранника, дежурившего у установленных в шахматном порядке бетонных плит, затрудняющих скоростное движение.

— Блокпост, — не оборачивая, произнес водитель.

На заднем сидении внедорожника шевельнулась полноватая фигура.

— Спокойно, Кирилл. У нас все в порядке, — раздался голос. — Охрана предупреждена о выезде.

Водитель кивнул, но все же протянул руку, сняв оружие с предохранителя. Тяжелый автоматический пистолет, рассчитанный под патрон с химическим наполнением, лежал на пассажирском сидении под небрежно брошенной курткой.

— Не понимаю, что произошло. — Он говорил, продолжая следить за действиями человека, не спешившего к машине, — охранник отступил, с подозрением рассматривая внедорожник. — Никто ведь не нападал на город. Почему люди опять всполошились, выставили посты?

— Утрата знаний провоцирует подозрительность, обостряет фобии. — Ответил пассажир. Не смотря на явную напряженность момента, он даже не поменял позы.

— Какие у современного поколения могут быть фобии, док? Они даже не помнят бунта машин.

— Охота на ведьм… — скупо и не совсем понятно ответил его собеседник. — Кто-то порылся в архивах, раскопал материалы по бунту, и использовал информацию в своих интересах. Не забывай, что в среде людей идет постоянная борьба за власть.

— Не проще ли подчистить архивы? — буркнул Кирилл, исподволь наблюдая за охранником, которому только что небрежно, приветственно помахал рукой.

— Нет, не проще. Перекраивать, либо купировать историю — последнее дело…

— Все, молчим. Он уже близко. — Кирилл выглянул через проем опущенного бокового стекла. — Привет, Найл! Ты что сегодня такой хмурый? Или не узнал?

— Не дергайся. Куда собрались, на ночь глядя? — грубо спросил охранник. Не нужно было быть психологом, чтобы понять — за грубостью скрывается страх. Страх перед неведомой опасностью, степень которой каждый преувеличивал для себя в силу собственной фантазии.

«Действительно — охота на ведьм…» — подумал Кирилл, произнеся вслух:

— Аппаратуру везем на станцию.

— Оружие есть?

— Конечно, — кивнул Кирилл. — Куда без него? А что случилось, можешь сказать?

— Вот грохнут вас, тогда узнаешь. — В глазах охранника, наконец, промелькнул откровенный, плохо скрытый страх. Его небритый кадык дважды дернулся — Ты что, Кирилл, действительно ничего не знаешь?

— Нет. Когда мне собирать слухи? Мы в дорогу готовились, — спокойно ответил водитель.

— Двух киборгов сегодня застрелили. При попытке к сопротивлению. Я думал сказки, — Найл сплюнул. — Оказалось — нет.

— Вот блин… — Кирилл сокрушенно покачал головой. — А как их распознали?

— Детектором. Он реагирует на металлокерамику. Собрали по древним чертежам. Вот я теперь думаю, сколько среди нас оборотней? — В глазах Найла снова прорвался тонущий в адреналине страх, его рука машинально переместилась на пистолетную рукоять короткоствольного автомата. — Вот ты, — он приподнял ствол оружия, — чем докажешь, что человек?

— Рехнулся? — укоризненно покачал головой Кирилл. — С какой радости я тебе должен что-то доказывать? Ты сам-то проверялся на детекторе?

Найл онемел от такой наглости. Секунду казалось, что он сейчас взорвется негодованием, но нет, пронесло…

— Ты рот свой закрой, идиот! — сипло выругался он, оглядываясь в очевидном страхе, что слова Кирилла мог услышать кто-то еще.

— Ладно, забудь, — примирительно произнес водитель. — Мне как, ехать можно? Или будем тут с тобой препираться, кто из нас человек?

— Да езжай, придурок, если тебе жизнь не дорога! — вспылил охранник. — Я тебя предупредил. Киборги не миф.

— Ну, если встречу — им же хуже будет, — ворчливо огрызнулся водитель. — Я за городом сначала стреляю, а уж потом разбираюсь, кто есть кто.

Через семь часов, уже в предрассветных сумерках машина свернула с трассы, направляясь к строениям заброшенной агротехнической фермы.

Свет фар скользнул по нежилым постройкам, выхватил из мрака, сгущавшегося между зданиями, контуры двух почвоукладчиков, брызнул бликами в осколках стекла, и погас.

Кирилл вылез из машины, подошел к прицепу, отсоединил его, и произнес, обернувшись на звук хлопнувшей дверцы:

— Нельзя мне возвращаться в город.

— Как поступим? — спросил полноватый низкорослый человек, выбираясь из машины.