Девушка рванула к нему, а мужчина, скрывающийся на лестнице, после некоторого перерыва снова открыл стрельбу. И первые два выстрела попали в спину Даше. Третья пуля угодила ей в затылок, когда она уже падала на пол. Но Руслан заметил это только тогда, когда смог отобрать пистолет у застывшего в предсмертном ступоре Серебренникова.
В этот момент из укрытия выскочил бандит, успевший перезарядить свой пистолет, но открыть стрельбу он не успел…
* * *
Всё снова перевернулось. Стахов даже почувствовал пьянящее ощущение того, что он может свою способность контролировать, и уже больше не нужно было ни обжигающего страха, ни фатальности обстоятельств. Впрочем, это ощущение могло быть обманчивым.
Мир перевернулся и Стахов снова боролся с Серебренниковым, пытаясь сконцентрироваться на том, чтобы не пропустить тот момент, когда Даша попадёт под обстрел. Душить Серебренникова пришлось быстрее и с большим остервенением.
– Развяжи меня! – крикнул Гриша Даше.
– Нет! – крикнул Руслан. – Оставайся там!
Но Даша не послушалась. Девушка рванула к Грише, а мужчина, скрывающийся на лестнице, после некоторого перерыва снова открыл стрельбу. И два выстрела попали в спину Даше… после чего мир снова перевернулся…
* * *
– Развяжи меня! – крикнул Гриша Даше.
– Нет, дура, нет! – крикнул Руслан.
Но Даша, немного помедлив, не послушалась. Девушка рванула к Грише, а мужчина, скрывающийся на лестнице, после некоторого перерыва снова открыл стрельбу.
Руслан оставил Серебренникова, но всё равно не успевал…
Первый выстрел попал Даше в плечо, а ещё две пули пронзили спину Стахова, который собой попытался прикрыть девушку от новых ранений…
Упав на пол, Стахов сделал несколько выстрелов из пистолета Серебренникова, после чего вновь попытался перевернуть мир, но у него ничего не получилось – сознание покинуло его, сгорая в страшной боли и одновременно утопая в беспомощном онемении…
Мужчина, стрелявший в Дашу и Руслана, поймав животом несколько пуль, выпущенных Стаховым, сделал пару шагов назад и свалился с крутой лестницы, звонко сломав свою шею.
Даша успела развязать Гришу, и тот подоспел к приходящему в себя Серебренникову. Мужчина выплеснул на него всю свою ярость, сжимая до хруста его шею. После чего всё стихло.
Даша лежала на полу, сжимая окровавленное плечо. Стахов лежал рядом без сознания.
– Даша, пошли отсюда, – сказал Гриша.
Даша ничего не ответила. Ей просто было больно. Больно и страшно.
Последнее, что она услышала от своего возлюбленного, торопившегося покинуть этот дом, было:
– Ну и пошла ты…
Октябрь студил лужи перед небольшим деревянным домом на четыре квартиры. Тягучей скукой тянулось время, растворяя в себе воспоминания недалёкого прошлого о таком далёком от этого места мире.
Хрустящий лёд провалился под тяжестью автомобильного колеса. Чёрная машина медленно подъехала к дому. Из машины вышла девушка. Она слишком долго стояла перед дверью, не решаясь войти в дом.
А в доме вечер уже щипал глаза вкраплениями мрака. Анна Николаевна Стахова включила свет на кухне. За столом сидел мрачный следователь Кузнецов. В помещении также находился и Стахов.
Женщина сказала Кузнецову:
– Лучше бы вообще не приезжал с такими вестями.
– Да нет, – сказал Руслан Стахов, перебирая пальцами спицы своего инвалидного кресла. – Хорошо, что приехал. Спасибо.
– Если честно, – сказал Кузнецов, почёсывая щетину. – Мне действительно жаль, что ничего не получается. Но я продолжу это дело на неофициальном уровне. Обещаю.
– Да ладно, – сказал Стахов. – Пусть всё идёт своим чередом. Зло обязательно проиграет. Не сегодня, так через какое-то другое время…
– Тебе плохо или весело? – не понял Кузнецов.
– Мне весело, – сказал Руслан. – Пуля перебила позвонки, задела нервы. Я теперь двухколёсный, навсегда…
– Не говори так, Русланушка, – сказала Анна Николаевна Стахова.
Руслан вздохнул:
– Это всё, наверное, что я заслужил в своей жизни…
Кузнецов тоже тяжело вздохнул. Ему нечего было сказать. И ему, наверное, не стоило приходить с такими вестями.
Кто-то позвонил в дверь, Анна Николаевна поспешила её отворить. Но отворив, она почти сразу её захлопнула, ловко выскочив в коридор: женщина не хотела, чтобы Руслан увидел Дашу.
– Ты зачем пришла? – строго спросила Стахова у девушки.
– Поблагодарить Руслана, – сказала Даша.
– А ему это сейчас надо?
– Я уезжаю и хочу попрощаться…
– Ты вопрос мой слышала?
– Ещё я хочу попросить прощения…
– Столько лет мучилась с одним инвалидом, теперь мучиться с другим, – злобно сказала Анна Николаевна. – Убирайся отсюда к чёртовой матери, чтобы глаза мои тебя не видели, чёрт бы тебя побрал…
– Слишком много чертей, – тихо прошептала Даша, отступая под напором женщины.
– Много! – сказала Анна Стахова, расслышав слова девушки. – И главный чёрт это ты!
– Извините, – сказала Даша.
На её глазах появились слёзы, только Стахова их уже не видела – девушка разрыдалась, когда села за руль своей машины. Но скоро она успокоилась, завела двигатель и тронулась в путь к большим городам и новой жизни, оставив позади и Руслана, и Гришу.
