Полицейские чиновники немного погалдели, но потом успокоились. Атлетизм так атлетизм. Полезная штука, кто же станет отрицать… Секретарь управления надворный советник Рожанский зачитал график по участкам. Местом занятий выбрали Полицейские казармы в Старом городе.
После совещания Войтов коротко приказал Кнауту держать Лыкова в курсе дела по убийству Язепа Титуса. Теперь тот лицо официальное, надо помочь.
Коллежский асессор молча кивнул и повел Алексея к себе. Там усадил напротив и сказал неприязненно:
– Что с того, что вы теперь официальное лицо? Это по приемам защиты разве. А убийства при чем?
– То есть распоряжение полицмейстера для вас пустой звук? – не сдержался Лыков и тут же пожалел об этом.
– Господин Войтов не полицмейстер, – ответил Кнаут. – А лишь исправляет должность. Он, конечно, вправе давать мне указания по службе. Но не такие, чтобы вводить в курс дознания постороннего.
Твердый орех оказался заведующий сыскной частью. Понимает, что хозяина в Риге нет. А чиновник Департамента полиции никакой угрозы ему не составит. Явится настоящий полицмейстер, да еще немец, и все наладится. Искать убийц жулика Титуса по-прежнему никто не будет.
Лыков вернулся в номера раздосадованный. Уже через полчаса к нему постучали – пришел Растегаев.
– Да ладно вам злиться, Алексей Николаич, – сказал он с порога. – Черт с ним, с Кнаутом. Он без году неделя в сыскной, сам еще дела не знает, только щеки надувает. Чем такой человек может вам помочь?
– Дать поручение надзирателю, отвечающему за Митавскую часть. Язепа убили там, и дознание ведет он. Кнаут мог бы приказать ему держать меня в курсе дела. И все! Большего от него не требуется. Но пристав не хочет даже этого.
– Ну, Митавской частью у нас занимается Мартин Жведрис. Я переговорю с ним секретно, и он расскажет, что знает.
Алексей слегка повеселел:
– Так я пошлю за пивом?
– Да, можно, – усмехнулся Растегаев. – И вообще, не нужен вам никакой Кнаут. Лучше побеседуйте с Вильбоа. Он много больше расскажет.
– Кто это?
– Виктор Александрович фон Вильбоа шесть лет заведовал сыскной частью. Ну и надоело ему это. Тяжелая служба, сами знаете. И в конце прошлого года, как освободилось место пристава второго участка Городской части, он перешел туда. Тихий участок, аристократический. Это вам не Московский форштадт. Отдыхает человек…
– Ясно, – кивнул надворный советник. – Шесть лет был главным сыщиком. А Кнаут лишь с декабря?
– С ноября. Полгода едва прошло.
– А какой характер у фона? Станет он мне помогать?
– Надо знать подход, – глубокомысленно ответил Растегаев.
– Сергей Петрович! Для этого у меня есть вы.
Алексей выложил на стол империал, и тот мгновенно исчез в ладони надзирателя.
– Фон Вильбоа действительно принадлежит к хорошему роду. Предок его перешел на службу к Петру Первому и сделал при нем знатную карьеру. Проще говоря, он был пират.
– Нужное дело, – одобрил Лыков.
– Закончил предок службу в чине вице-адмирала, – продолжил рассказ надзиратель. – Записки оставил – неужто не читали?
– Не довелось.
– А почитайте, – ухмыльнулся Растегаев. – Тогда вам проще простого будет умилостивить нашего пристава.
– Раз надо, почитаю.
– Особое внимание, Алексей Николаевич, уделите месту предка при Петре Великом. Это любимый конек Виктора Александровича.
– Близко стоял?
– Не то слово! Государь любил моряков. И Вильбоа стал его шафером, когда тот женился на Марте Скавронской.
– Ого…
– Пират же обвенчался с дочкой пастора, в доме которого Марта воспитывалась. Родилась девчонка, так ее крестил сам государь. Обо всем этом наш пристав очень любит рассказывать. Дайте ему спеть любимую арию, и он станет как воск в ваших руках. Все откроет, что ни спросите.
– Здорово! – воскликнул надворный советник. – Где мне взять записки адмирала?
– В Риге сорок один книжный магазин, – ответил надзиратель. – Больше, чем в Петербурге.
– Ясно. Занятия по силовой защите начнутся у меня лишь завтра. Пойду-ка я погуляю, пройдусь по букинистам…
Растегаев одобрил намерение питерца. Уже уходя, он спросил:
– А где Яков Францевич? Он не приехал?
– Пока да. Будет позже. Только, Сергей Петрович, учтите: вы с ним не знакомы, если на улице встретите или в ресторации. И не удивляйтесь, если наружность у господина Титуса будет другая, не как прежде.
– Понятно. А что контора по найму? Как ее? «Дюна». Вы ею интересовались.
– А! Ничего важного. Пустышка. Версия не подтвердилась.
Надворный советник отыскал записки адмирала Вильбоа в антикварном книжном магазине Киммеля. Он читал их весь вечер. Вот было время! Грабишь чужие корабли, а тебя за это в чинах повышают.
