Гарик даже не успел встать, когда на него упала-таки сверху инквизиторская Сеть. Для вящего эффекта Дмитрий вырастил из руки Дамоклов Меч – лезвие, видимое и применимое только на первом или втором слоях. На самом деле оно ничего не резало, а было сугубо конвойным заклинанием: меч всюду сопровождал задержанного, грозя вонзиться при малейшей попытке побега.
– Ы-ы-ы… – Федотов поднатужился, как сам Дмитрий еще совсем недавно.
– Заклинания можно подвешивать не только к пальцам, ресницам или вещам, – наставительно сказал Дмитрий. Но заставил себя умолкнуть. Мало ли что еще там припрятано у этих вундеркиндов. Не стоило распространяться, что заклинание можно подвесить и на чужие слова, даже на стихи. Именно этим Дмитрий развлекался в Праге.
Без всяких предисловий Дреер взял Гарика за плечо и вместе с задержанным вышел на первый слой Сумрака.
Они успели застать самое интересное.
Чижов и Александр стояли друг напротив друга, будто герои вестерна, только без револьверов. Руки у обоих были опущены вдоль тела. К такой диспозиции могло привести одно: дуэлянты оказались очень близки по силам. Теперь каждый ловил другого на ошибке.
Неужели Александр опять в критический момент поднялся до первого уровня? Или здесь сыграл роль опыт?
Краем глаза Дмитрий заметил, что пейзаж вокруг несколько изменился. Руин как будто прибавилось. Большой крест, который Дмитрий запомнил в качестве ориентира, был сломан пополам. У близлежащего склепа больше не было крыши. В земле чернело несколько воронок, похожих на проходы в ад.
Что тут было между этими двоими?
Додумать младший надзиратель не успел. Влад Чижов рухнул как подкошенный, несколько раз дернулся и замер. Но явно остался в сознании, только смотрел на Александра крайне удивленно. Точно так же смотрел на Дмитрия Гарик, пойманный в Сеть Инквизиции.
– Готово, – сказал Александр и шевельнул пальцами.
– Нечестно! – прошипел с земли Влад Чижов.
– Честно, – не согласился Александр. – Вставай, ковбой, а то простудишься.
Он дистанционно поднял незадачливого дуэлянта. Обернулся к Дмитрию с его спеленатым противником:
– Вы как раз вовремя! Трудно было?
Вопрос адресовался явно не Федотову.
– Не думал, что меня так выручит по жизни любовь к литературе, – ответил Дмитрий.
О том, что это уже второй случай после прыжка через два уровня, он решил промолчать.
– Никогда не знаешь, что пригодится, а что нет, – сказал куратор от Инквизиции. – Все, выходим.
Они снова появились в привычной человеческой реальности, все четверо прямо перед Юрой Щукиным.
– Феноменально, – глубокомысленно сказал тот.
– Сам ты… феномен, – ответил Дреер.
– Испытываю болевые ощущения в области головы, – сообщил Юра.
– Есть ли голова у любого из вас – это уже под вопросом. – Дреер на всякий случай и на Щукина набросил Сеть.
– Трибунал решит, – вставил Александр. – Есть голова или нет, сносить или не сносить.
Слово «Трибунал» возымело магическое действие без всякого применения Силы. Темные притихли. Александр для верности наложил еще одно заклятие, сковавшее нарушителей втроем.
– Постой с ними здесь на всякий случай, – велел куратор Дмитрию. – А я пойду вызволять дозорных.
Дмитрий через несколько шагов все-таки его догнал.
– Подожди…
Инквизитор остановился.
– Как ты его? Чем?
– Экскалибур. Первым такую игрушку опробовал Мерлин. Он еще артефакт сделал в виде меча, который выигрывал все поединки. Но сначала это было просто заклинание.
О таком рассказывали на курсах. Магия, действующая в обход закона причинности. Александр захватил Чижова раньше, чем послал заклятие. Вот зачем он потом сделал пассы, их все равно приходилось совершать задним числом.
Лишь немногие маги смогли бы это применить. И все они были Высшими.
Офисы Ночного Дозора, наверное, во всех городах похожи один на другой. И все хранят консервативный дух старых, еще советских учреждений. Здешний в этом ключе мог считаться образцовым. В нем было даже нечто вовсе не петербургское, а петроградское. Старинный, породистый дом с парадной и чугунными лестницами. Шкафы, казалось, еще помнили Керенского. Длинные письменные столы на резных ножках, один даже обит зеленым сукном. А еще высоченная, до потолка, печь с изразцами. Не хватало разве что древнего коммутационного телефона, в трубку которого нужно было кричать, накручивая ручку: «Барышня, Смольный!» Вместо таких почтенных аппаратов контору заполняла вполне современная оргтехника, а на каждом благородном столе имелся компьютер или ноутбук.
Зато, когда Дмитрий увидел «детскую комнату», то в первые секунды потерял дар речи. Надзиратель попал в точную копию такого же помещения в их собственном городе. Тут стояли даже кресла с воздушными шариками в прозрачных чехлах. Почудилось, что сейчас откроется дверь в стене, словно портал на берегу лазурного пляжа, и оттуда шагнет бритоголовый оперативник Федор Козлов.
Не сразу, но Дреер все-таки нашел объяснение. Скорее всего местная делегация для обмена опытом посетила их городской Дозор еще раньше, чем на подобное решилась Инквизиция.
