Гермиона впервые шла в библиотеку, как на эшафот. Встреча с Блейзом волновала ее сильнее, чем должна была. Девушка списывала это на то, что Блейз слизеринец, а у нее отношения с представителями змеиного факультета откровенно не ладились. А если точнее, отношений–то и не было. Ненависть «для галочки» с Малфоем — не в счет.
Задумавшись, Гермиона не заметила выпирающий из пола камень и запнулась, растянувшись на полу. Из ободранной коленки потекла тонкая струйка крови. Девушка всхлипнула. Да уж, удачные дни явно помахали ей ручкой. Поднявшись, она отряхнула мантию, расправила юбку и, хромая, пошла дальше. У двери в библиотеку уже стоял Блейз. Он был спокоен и расслаблен на вид, его совершенно не волновало задание и его напарница.
— Привет, — смущенно произнесла Гермиона, подойдя к нему.
— Сильно болит? — вместо приветствия спросил Блейз.
— Что болит?
— Коленка сильно болит?
— Откуда… Не сильно, но ощутимо. А что, хочешь помочь мне умереть посредством заражения грязной крови? — Волнение взяло свое, и обычно вежливая Гермиона нагрубила Блейзу. Да, у нее был комплекс. Привет Малфою от детской психики.
— Остынь, — Блейз усмехнулся. — Твоя кровь такая же красная, как у любого другого мага. А если ты думаешь, что моя принадлежность к Слизерину дает мне повод ненавидеть тебя за происхождение, — спешу тебя разочаровать, это не так.
Гермиона почувствовала, как краснеют ее щеки. Настолько стыдно ей еще не было.
— Извини, — тихо произнесла она. — Я не знаю, что на меня нашло.
— Бывает, — он пожал плечами. — Давай я обезболю?
Гермиона потупила взгляд и приподняла мантию, обнажая ногу. Кровь уже не сочилась, но на коже застыла красная дорожка. Блейз прошептал заклинание, наведя палочку на тонкие ноги Гермионы. Боль отступила на задний план.
— Вытри кровь, — Блейз протянул ей носовой платок нежно–голубого цвета. Удивленная, девушка приняла платок.
— Он не отстирается.
— Не страшно.
Гермиона медлила. Ей было неловко: оттого, что она такая неуклюжая, и оттого, что парень проявляет такую заботу о ней.
— Пока ты не уберешь кровь, мы не войдем в библиотеку. Будем стоять тут до отбоя, а потом попадемся Филчу?
— Я староста, мне можно, — на автомате ответила Гермиона.
— Я рад за тебя, а мой факультет лишат баллов. Ты вытираешь или нет? Мне помочь?
Девушка ошарашенно уставилась на него.
— А что, можешь? — вырвалось против воли.
Блейз вздохнул, как будто ему приходится возиться с душевнобольной, забрал платок из рук Грейнджер и, смочив его слюной, вытер кровь с ее ноги. Сердце забилось как сумасшедшее. В том месте, где касались горячие руки, жгло, а вверх бежали мурашки. Гермиона прерывисто вздохнула. Что происходит, Мерлин?
— Все, идем.
Гермиона кивнула, и они наконец вошли в библиотеку.
***
Время в компании Блейза прошло незаметно. Они разговаривали, узнавая друг о друге все новые детали. Пергаменты с таблицами, которые им раздали на Трансфигурации, заполнялись с рекордной скоростью, а потом и вовсе отошли на задний план, потому что беседа вышла за рамки школьного обсуждения. Они рассказывали друг другу о любимых занятиях и учебных предметах, и даже эта тема не казалась скучной. Было легко и интересно, не ощущалось скованности и напряженности.
Они засиделись почти до отбоя, поэтому Блейз предложил Гермионе проводить ее до гостиной.
— Да не стоит, я сама дойду, — попыталась отказаться Гермиона.
— И все же я провожу тебя. Заклинание же не продержится долго. Вдруг у тебя резко нога заболит?
Гермиона пожала плечами. Голос Блейза звучал настойчиво, поэтому ей пришлось согласиться.
Весело болтая, они дошли до портрета Полной Дамы.
— В мое время так поздно со свиданий не возвращались, — наставительно заметил портрет.
Гермиона зарделась.
— Если бы это было свиданием, вы бы сегодня ее больше не увидели, — усмехнулся Блейз. Гермиона опустила взгляд. Ну зачем они говорят такие смущающие вещи? — Спокойной ночи, Гермиона.
Развернувшись, он направился прочь от гостиной Гриффиндора. Когда он скрылся за поворотом, девушка прошептала:
— Спокойной ночи, Блейз, — и вошла в гостиную.
***
Рассерженный Гарри шел по коридору, не имея цели. До свидания с Малфоем оставалось еще полчаса, так что у него еще было время успокоиться.
Ситуация с профессором его взбесила. Неужели Дамблдор настолько сошел с ума, что прибегнул к действительно крайним мерам? И чем же думал Снейп, если ситуация обстояла именно так? Гарри не мог поверить, что профессор был влюблен в него. Наоборот, он был уверен, что тот его ненавидит. А оказалось, что Северусу и человечности не занимать.
Однако тот факт, что мнение Гарри никого не волновало, бесил больше остального. Как можно доверять людям, которые тебя ни во что не ставят? Ответа не было.
Погруженный в свои мысли, Гарри на полном ходу влетел в кого–то. По коридору разнеслось сдавленное «ой».
— Смотреть не учили? — рыкнул Гарри, потирая ушибленное плечо.
— Поттер, повежливее, — усмехнулся Малфой. — Чего ты такой взбаламученный?
