Вонн издал вопль отчаяния и ярости. Кто-то, кажется Винтерс, толкнул его на пол и навалился сверху. Стряхнув его с себя, Вонн вскочил на ноги и бросился к Андерсу. Перед глазами у него все еще стоял Медведь, у которого выстрелом развалило череп, и он не мог допустить, чтобы такая же участь постигла еще одного наемника, которого Вонн называл братом.
– Андерс, Андерс!.. – он добежал до брата и замер, глядя в его стекленеющие глаза и уже понимая, что ничем не может ему помочь. Да, именно так все и было. Но он не должен хотя бы в своем видении позволить Андерсу умереть у него на руках! Крепко зажмурившись, Вонн попытался представить, Как разворачивались бы события, если бы брат остался жив. Вот Андерс открывает глаза… Движения Винтерса и Мэя замедляются, словно они преодолевают невидимую преграду, как будто движутся в воде… «Господи, зачем мне все это?..» – подумал Вонн, и тут в голове у него прозвучал голос Андерса:
– Никогда бы не подумал, что ты способен на такое.
– Что за чертовщина? – Вонн склонился над Андерсом. Без сомнения, это был его голос, но он ничего не говорил, и губы мертвеца были плотно сжаты.
– Подними меня, – попросил голос.
Вонн вздрогнул и хотел отшатнуться, но что-то удержало его.
– Сделай это, Вонн. Нам надо поговорить. Не обо мне – нам ни дано изменять прошлое, как бы мы этого не хотели. Но я должен сказать тебе пару слов о тебе самом.
– Говори, – произнес Вонн изменившимся голосом, плохо понимая, сон это или явь.
«Вонн, ублюдок, немедленно подними меня!» Вонн обхватил брата за плечи и вновь ему показалось, что движения его были неестественно медленными. На лице Андерса появился предсмертный румянец, и теперь он уже произнес совершенно отчетливо, явственно шевеля губами:
– Вонн… Обещай мне… Не так глупо…
«Что обещать? Что не так глупо? Чего ты от меня ждешь?» – хотел крикнуть Вонн, но не успел. Кровь хлынула изо рта Андерса, глаза закрылись, а тело обмякло и сделалось вдруг неправдоподобно тяжелым.
Винтерс все еще что-то кричал, выдергивал гранаты из-за пояса и швырял их в погибших охранников. Мэй бросился на него и ударил головой о стену, требуя, чтобы тот немедленно остановился и прекратил истерику.
Вонн обхватил Андерса двумя руками, не позволяя ему осесть на пол.
– Нет! Не уходи, брат! Не надо!..
Глаза мертвеца внезапно открылись, и он прошептал:
– Не называй меня братом, ублюдок!
– За что? Почему ты назвал меня так, брат? – Вонн все еще поддерживал тело Андерса, но, похоже, нужды в этом уже не было. – Так ты жив?
Андерс взглянул на свою изрешеченную пулями грудь.
– Забавно, правда? Но я играл по правилам, и эти пули были непременным условием игры. Не так ли? – он помолчал, прокашлялся и вытер тыльной стороной ладони сочащуюся изо рта кровь. – Рано или поздно это должно было случиться.
– Кто-то из нас сошел с ума. Надеюсь, что это ты…– растерянно пробормотал Вонн.
– Я не сумасшедший, но просто не могу умереть, настолько я разозлен тем, что ты предаешь друзей.
– Нет! – закричал Вонн. – Не тяни на меня, брат! Я никогда не предавал своих!
– Врешь! – коротко бросил Андерс. – Разве ты не нанялся к Бэчману, не доведя до конца прежнее дело? Разве мы поступали так прежде?
– При чем тут Бэчман, брат? О чем ты говоришь?
Андерс улыбнулся, и Вонн отчетливо увидел сгустки крови, застывшие между его зубами.
– Я говорю о фиалах сущности.
– Но с ними же покончено, – запротестовал Вонн. – Ты просто не знаешь, что мы угробили корабль Юэ-Шень и…
– Ты хочешь сказать, что фиалы доставлены на Консул Пять? Вспомни, ведь именно в этом была суть сделки! Ты нарушил договор.
– Нет! – Вонн отстранился от Андерса. – Эта сделка от нас не уйдет. Капитан О'Хирн – бывшая жена Мэя, она поможет ему. Нам даже не надо заметать наши следы, тянущиеся от «Гирлянды», потому что все думают, будто мы мертвы.
– Глупец! Ты забыл о задании Бэчмана? Что произойдет, если ты остановишь двигатели этого корабля и сбежишь с него? А если кому-нибудь из соратников Бэчмана придет в голову пальнуть по беззащитному лайнеру? Ты намерен урыть дело, из-за которого я погиб!
– Нет-нет, не говори так! – Вонн дружески ткнул Андерса в грудь и услышал странный глухой звук. – Мэй – парень сообразительный, он все уладит. Он может…
Андерс поднял окровавленный палец:
– Минуточку. – Он склонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, и закивал так, будто соглашался с услышанным.
– Андерс?
– Ли хочет, чтобы я спросил у тебя кое о чем. Он спрашивает, как поживает Герцог?
– Хорошо. И он, кстати, тоже может управлять…
– Брось, Вонн! Он всего лишь торговец! – свирепо оборвал брата Андерс. – И мне совершенно плевать на то, что ты думаешь о его удачливости. А как Винтерс? И что слышно о твоей дорогой Роз?
– Роз – вне игры, – хмуро ответил Вонн.
– Они все вне игры. Ты всех их продал.
– Андерс, ты не смеешь!..
