– Ладно, – подвел черту Тино, – давайте уже заканчивать этот диспут. Пока коллеги-буньипы готовят поздний, но вкусный завтрак, я предлагаю обсудить план текущей работы на восточном коралловом барьере. Мы выдвигаемся сразу после завтрака.
– Нежелательная политическая тема, да шеф? – язвительно спросила Фэй Лани.
– Нет, – ответил меганезийский лейтенант, – просто существует график. Я вовсе не возражаю, если диспут продолжится в перерыве. Могу тебе даже напомнить.
– Спасибо, Тино, – сказала она, – я не забуду.
…
В Минами-Тйалд (как теперь на исландский манер назывался «трудовой лагерь») был единственный штатный медик: девушка по имени Сан Е-Тик, закончившая 3-недельные фельдшерские курсы при школе рабочей молодежи. Эуни Атоаэ считалась медиком-консультантом, но Е-Тик предположила, что океанийская туземка просто подружка главного инженера Фуро Акава, а «консультант» это… чтобы не возникало лишних разговоров. К странному занятию Эуни: собиранию каких-то мелких морских гадов на мелководье у восточного берега, Е-Тик отнеслась спокойна (хотя полагала, что этим океанологическим объектам не место в холодильнике медпункта). Как вдруг…
…Пациентку звали Ким Тжи (возраст 17 лет, профессия – техник фермы, вид травмы – инфицированное ранение подъема стопы от клевка тайваньской утки).
– Надо быть внимательнее, Тжи, – сказала Е-Тик и ободряюще похлопала пациентку по плечу. – В этом климате очень легко развиваются микроорганизмы. Но ничего страшного. Мы сейчас очистим ранку, обработаем зелёнкой…
– Эти утки, они психованные, – слегка всхлипнув, пожаловалась Тжи.
– Любые утки иногда клюются, – заметила Е-Тик, поддерживая в процессе обработки травмы непринужденный разговор (как рекомендуется делать с пациентами, которые немножко побаиваются врачей).
– Тут другое, – Тжи энергично покрутила головой. – Вот что я тебе скажу: это какие-то хищные утки. Ты бы видела, как они набрасываются на рыб у берега. Как чайки.
– Может быть, эти утки просто голодные? – Предположила фельдшер.
– Они точно голодные, – техник фермы кивнула, – причём все время. Они жрут целый день. Ходят по мелководью и жрут все подряд. Я проснулась сегодня ночью и вышла посмотреть. Мало ли… Вот. А они и ночью ходят и жрут. Е-Тик, это не утки, я точно говорю. Что я, уток не видела? Может, на Тайване это называется «утка», но…
…Е-Тик никогда не сталкивалась с острой аллергией на трифенилметановые красители (включая т. н. «зеленку»), поэтому не сразу обратила внимание на изменившийся голос пациентки. На 3-недельных курсах про аллергические отеки вообще не объясняли.
– Ой! – Только и смогла произнести она. – Что-то не так.
– Кажется, да, – просипела Ким Тжи, – кажется, у меня горло опухает. Слушай, Е-Тик, сделай, пожалуйста, что-нибудь.
– Ой, – Снова произнесла фельдшер, понимая, что действительно надо что-то делать, но совершенно не представляя, что именно. – Ой! Эуни! Ты где!? У нас проблема!
«Консультант» (океанийская туземка) после завтрака вытащила на плоскую крышу медпункта циновку и ноутбук и устроилась там, видимо, вполне комфортно (по своим первобытным представлениям). Теперь, услышав о проблемах, она просунула голову в потолочный люк и, оценив взглядом ситуацию, беззаботно фыркнула. Затем довольно быстро скатилась по ступенькам чердачного трапа и, подойдя к холодильнику, достала оттуда пластиковую банку с какой-то морской ерундой, похожей на уродливые черные цветы с искривленными вздувшимися лепестками.
– М-м… – фельдшер с опаской посмотрела на тут же извлеченный из банки образец экзотической морской флоры (а может, фауны), – а это не ядовито?
– Ядовито, если много, – невозмутимо ответила Эуни и присела на корточки перед пациенткой. – Ты не бойся, сейчас все будет хорошо.
– Я не боюсь, – просипела Ким Тжи через распухшее горло.
– Вот это правильно! – Меганезийка плотно прижала черный цветок к шее кореянки и стремительно растерла его по коже.
– А-а! Щиплет! – Взвизгнула та.
– Извини, я не предупредила, – ответила Эуни, – иначе ты испугалась бы, а зачем?
– Что это за средство… или существо? – Спросила Е-Тик, с удивлением наблюдая, как опухшая шея и лицо пациентки на глазах приобретает нормальные пропорции и с них стремительно исчезает розоватая сыпь.
Эуни цапнула со стеклянного столика салфетку и начала тщательно оттирать ладони.
– Это такая маленькая актиния. Растет на ракушках. Ей смазывают шипы для такой папуасской трубки, из которой плюют. Пуф – и враг умер. Ещё эта актиния хорошее средство, если дети объелись шоколадом или такими фруктами, типа цитрусов.
– А какие у тебя ещё есть средства? – Заинтересовалась фельдшер.
– Разные. Я составляю список на ноуте, потом дам тебе. Тут интересное море. Правда, некоторых вещей там нет, но есть такие вещи, которые не растут у нас на Ротума и на Фиджи. Тоже хорошие средства. Про них написано на сайте «Hawaiika tahuna club».
Сочтя объяснение достаточным, Эуни подошла к мойке и начала тщательно оттирать ладони с мылом под струей горячей воды. А Е-Тик озвучила свою догадку.
