Драккары Одина полностью

—  Надо вызвать Хальфдана. Но сделать это осторожно. Он ни о чем не должен догадаться.

—   Кто это сделает?

—  Думаю, Рулаф. Они с Хальфданом старые друзья.

—  А с этим что будем делать? — Инегельд кивнул на за­стывшего в ожидании своей участи Ортвина.

— С этим?— Стейнар задумался на несколько мгновений. — Пусть идет домой.

—  Ты отпускаешь его? — блеснул глазами Инегельд, не понимавший своего вождя.

—  Он будет держать язык за зубами так же, как делал до этого, верно, Ортвин?

— Да, ярл, — склонился перед ним траль, поблагодарив своего бога за благоприятный исход.

—  Так, значит, это ты — Боргни? — Свен Паленый с любопытством разглядывал стоящую перед ним старуху, которую ввели вместе с Хельгой во двор его дома. — Что же ты молчишь? Мне говорили, что язык у тебя еще не отрезан. — Ярл громко захохотал, оглядывая своих людей, поддержавших его смех.

А громче всех смеялся Халвард, то и дело посматривая на девушку. Он уже успел попросить у ярла оставить ее в живых и отдать ему в качестве уплаты за службу.

—  А эта... — Свен перевел взгляд своих узких, закрытых обожженной плотью глаз на притихшую Хельгу. — Так же неразговорчива, как и ее дорогая родственница? Она тоже колдунья?

—  Нет, ярл, нет! — поспешил вмешаться его Халвард, задумавший сделать из девушки очередную наложницу. — Она и мухи не обидит.

—  Посмотрим, посмотрим... — кивнул Свен, снова взглянув на Боргни. — Я все думаю, какой пытке ее подвергнуть? А?.. Может, ты сама выберешь себе смерть?

— Мою смерть уже выбрала Скульд! — презрительно от­ветила старуха. — Так же, как и твою, уважаемый ярл.

—  Вот как? — расширил глаза Свен, его безбровое лицо сейчас напоминало личико новорожденного ребенка. Только очень страшного ребенка. — Значит, ты все знаешь? Тем луч­ше, — он хлопнул в ладоши. — Я хочу посмотреть, насколько ты прозорлива. Угадаешь ли ты, что я для тебя приготовил?

—  Я даже угадаю имя твоего родственника, рожденного безумной матерью, который под покровом ночи будет лакать твою кровь, как волки лакают кровь своих жертв...

—  Д-а! Проклятая ведьма! — закричал Свен, побагровев от ярости. — Эй, кто там? Отрезать ей язык!

Его мутило от мысли, что колдунья каким-то образом про­знала о безумстве матери Эйнара. Это ведь на него намекнула она только что на глазах у десятков людей. А жители Хорнхофа еще находились под впечатлением того, что происходило здесь совсем недавно. Бегство Эйнара выдало его с головой, а маль­чишка Олаф, разоблачивший викинга, казался посланником богов. Но, выходит, проклятый Эйнар еще может объявиться? Неужели он и есть вервольф? В это трудно было поверить, но ведь его бабка была колдуньей! От нее и перешел к нему колдовской знак, знак смерти и обреченности.

Пока ярл раздумывал, его дружинники схватили Боргни, которая даже не сопротивлялась. Через несколько мгновений ее окровавленный язык упал на землю.

—  Бабушка! — вскрикнула от нестерпимой душевной боли Хельга, пытаясь вырваться из рук державших ее викингов.

Старуха присела на корточки и сплевывала кровь. Халвард перевел взгляд на ярла, ожидая дальнейших указаний.

Свен Паленый, еще совсем недавно размышлявший о пытках, которым подвергнут ведьму, теперь вдруг передумал. Он махнул рукой, давая понять, что колдунью надо просто убить.

Халвард быстрым движением вонзил в старуху меч. Боргни подняла голову и устремила обезумевшие глаза на Свена Па­леного, шевеля окровавленными губами. Все поняли, что она проклинает его, но теперь она стала немой, и слова проклятий никто не услышал. Взглянув на корчившуюся в агонии старую ведьму, Свен отвернулся. Сейчас он почти жалел о том, что поторопился. Ведьма могла пригодиться. Во всяком случае, он убедился в ее проницательности. А ему вдруг ужасно захотелось проникнуть через завесу тайн будущего, столь загадочного и непостижимого...

—  Эту девку... — ярл смотрел на бледную, обессилевшую от увиденного Хельгу. — Ты хочешь взять ее себе, Халвард?

—  Да, ярл... — не очень уверенно ответил Халвард, по­чувствовав тайную озлобленность Свена. Он мог передумать в мгновение ока, и тогда уже ничего нельзя будет по­делать.

—  Тебе она нравится? — Ярл, казалось, хотел проникнуть в самую суть души Халварда Рябого, и тому стало не по себе.

—  Воля твоя, ярл, — склонился викинг, призывая проклятия на голову вероломного вождя, который, по всей видимости, собирался изменить своему слову.

Но Свен Паленый, поколебавшись, решил ничего не ме­нять. Ведь его интересовала не молодость девушки, а нечто, совсем другое.

—  Ты умеешь ворожить? — Ярл обратился к Хельге. Но та смотрела на него, будто ничего не слыша.

Свен понял, что сейчас говорить с ней бессмысленно. Она потрясена смертью Боргни и почти ничего не соображает.

Возьми ее себе, Халвард, — разрешил ярл. — Но будь с ней обходителен. Когда-нибудь я еще поговорю с этой де­вицей...

—  Благодарю тебя, Ярл! — Халвард еще раз склонил голову, а глазах его вспыхнули огоньки торжества.