— Заберем все ценное и...— Стейнар замолчал, пристально вглядываясь в лицо мертвеца. Ему на мгновение показалось, что он его где-то уже видел. Но где? Когда?
— Не узнаешь его? — спросил он Инегельда.
— Нет. Я его никогда не видел.
— Как называется корабль?
— «Эйктюрмир»...
— «Эйктюрмир»? — Стейнар вздрогнул. Что-то смутное шевельнулось в памяти. Эйктюрмир — олень, который щиплет с крыши Валгаллы листву Иггдрасиля, Мирового дерева, что связывает между собой девять миров. Но не эта подробность из песен скальдов заставила его вздрогнуть. Он когда-то слышал о судне... когда-то, очень давно...
Но было ли это то самое судно?
В этот момент раздался крик. Стейнар и Инегельд разом повернули головы. Их товарищи сгрудились у мачты, размахивая руками и что-то возбужденно обсуждая.
Инегельд гортанно выкрикнул, призывая викингов замолчать. Толпа расступилась. В центре стоял Торстейн, держа на руках маленькое тело, которое не могло быть телом взрослого мужчины.
— Кто это? — заинтригованный, Стейнар быстро подобрался к Торстейну, разглядывая человечка в его руках.
Это был мальчишка лет семи-восьми, похудевший, изможденный, с почерневшим, будто вымазанным сажей лицом. Его волосы цвета соломы, густые и грязные, напоминали шерсть дикого зверька. Но самым удивительным оказалось то, что мальчишка был еще жив. Его глаза, не мигая, смотрели на Стейнара как будто издалека, из царства снов.
— Откуда он здесь взялся? — удивленно спросил Инегельд.
— Лежал тут, под одеждой.
— Это мы скоро узнаем, — бесстрастно заметил Стейнар, чувствуя, как обретает силы. Все потустороннее, способное свести с ума, теперь окончательно растаяло в утреннем воздухе. — Я думаю, мальчик просто ослаб от голода. — Он наклонился к найденышу, положив руку ему на грудь. — Ты меня понимаешь?
Но мальчишка молчал. И только глаза, эти непонятные, чужие глаза, продолжали изучать вождя викингов.
— Он мог сойти с ума. — Инегельд приложил указательный палец к своей голове.
— Я бы этому не удивился, — сказал Торстейн. — Сколько времени он здесь без пищи?
— Ему повезло...
Тем временем Инегельд, потерявший интерес к мальчишке, начал осмотр судна. Все, что могло представлять ценность, нужно было перенести на «Гейду».
— Смотрите-ка! — Викинги подбрасывали в руках монеты вроде тех, что добывали на побережьях Ромейского моря.
Взято было немало. С плохо скрываемой радостью Инегельд смотрел на золотую и серебряную утварь, добытую, по всей видимости, у сарацин, и других народов Валланда [7], а также оружие, в уме подсчитывая свою долю.
Нет, ошибался он тогда, когда думал, что этот корабль послан им на погибель. Все оказалось совсем иначе. Улыбаясь, Инегельд взял в руки золотой крест, символ Белого Христа, которому поклонялись и франки, и ромеи, и саксы, и лангобарды.
— Что будем делать с кораблем? — спросил он Стейнара, остановившись рядом, когда вся добыча была перенесена на борт «Гейды».
Ярл ничего не ответил, только задумчиво глянул на мертвеца с «Эйктюрмира». Подумалось вдруг, что человек только притворился мертвым, на самом деле тайком наблюдая за ними. Тайна этого корабля начинала волновать Стейнара все больше и больше.
— Куда же все-таки подевались остальные?
— Какая разница? — пожал плечами Инегельд. — Может, мальчишка что-нибудь расскажет?
— Может быть... — Стейнар усмехнулся. — Только сдается мне...
— Что? — встревоженно спросил Инегельд, стараясь угадать, о чем думает вождь.
С того момента, как они встретились с этим загадочным кораблем, его не покидала мысль о том, что Стейнар чересчур озабочен и что-то скрывает от него. Но что?
— Ты уверен, что мальчишка понимает по-нашему? Может, он из земли франков? — словно читая его мысли, проговорил Стейнар.
— Он раб, без сомнения, — кивнул Инегельд.
— А может, и нет, — задумчиво проговорил ярл, приведя своего помощника в легкое замешательство.
В чем причина такого настроения, особенно теперь, когда они еще больше разбогатели и наверняка доберутся домой?
— Но он же не викинг! — попробовал объясниться Инегельд. — Откуда мальчишка на драккаре, если только его не взяли в рабство?
— Когда-нибудь мы это узнаем, — веско заметил Стейнар, возвысив голос и давая понять, что не нуждается в наставлениях Инегельда. — Ты знаешь, что делать.
— Я все понял, ярл, — кивнул тот, отходя от него и отдавая необходимые распоряжения викингам.
Долговязый Бьярни и еще двое взяли свои луки. Пущенные ими стрелы с зажженной паклей в считанные минуты подожгли «Эйктюрмир». Одна из стрел вонзилась в мачту.
Оттолкнув копьями борт опустевшего корабля, они молча наблюдали за тем, как пламя медленно, но верно охватывает «Эйктюрмир».
Стейнар и Инегельд понимали, что не могут привести этот корабль с собой во фьорд. У драккара мог отыскаться хозяин, и тогда вся добыча отошла бы ему.
Тайна этого судна должна быть похоронена вместе с ним.
