Дракоморте [СИ] полностью

Нет, он старательно отгонял пораженческие мысли, размеренно шагая на северо-запад. Где-то здесь он видел правильный круг мёртвой земли, когда нёсся на перегонном кряжиче в потоке крови. Несмотря на то, что Йеруш Найло изумительно плохо запоминал направления, сейчас он был почти уверен, что это именно то самое место и именно та самая тропа. Никакая не недоходимая, разумеется, твердил он себе, хотя тропа всё не кончалась. Он шёл и шёл, растирая ноги, и пытался сообразить, сколько же времени провёл без сна, если не считать, конечно, дремотного отупения на берегу Потерянного Озера и того времени, когда он валялся без сознания по пути в Башню Храма.

Пожалуйста, скажите мне, что дракон выбрался оттуда.

***

Полунников, которые следили за Башней до появления первых жрецов, скормили плотоядному дереву — прямо вместе с верёвками и кляпами. Так указал Юльдра. Так он сказал: пусть твари, мешавшие Храму идти по пути света в старолесье, первыми же послужат укреплению нового старолесского Храма.

Плотоядное дерево росло между воротами и башней — огромное, громко чвякающее, с пульсирующими ветками. Земля под ним выглядела влажной, хотя осень в старолесье сухая, и даже жалкого дождика не было уже много-много дней.

Волокуши, утащившие эльфа, не возвращались. Про эльфа, про то что он был в руках Храма и сбежал, Юльдре не сказали — верховный жрец сейчас так жёсток, что того и гляди скормит раззяв-жрецов плотоядному дереву вслед за полунниками. Зато на поиски дракона спешно и тихо бросили все возможные силы, хотя было очень-очень боязно, но не оставлять же дракона шляться по Башне, особенно теперь, в преддверии особого рассвета! Иди знай, как эти двое выбрались из клетки – наверняка какой-то драконьей магией, и наверняка не просто так эта тварь не улетела вслед за эльфом. Определённо задумала какую-то гадость, собирается помешать возвращению великой силы к Храму Солнца — кто знает как! Мало ли способов, какими огромный дракон может испортить жизнь честным людям, безобидным жрецам!

Что удивительно, пока Юльдра осматривал Башню — дракона нашли. Не так и велика Башня, не столько в ней мест, где можно спрятаться, и дракон обнаружился в просторной кладовой, где когда-то хранились припасы, а нынче остались одни только пустые бочки и затянутые паутиной ящики.

Дракон оказался неистово буен, но отчего-то не перекинулся в огромную тварь с крыльями, так что пятеро жрецов, вооружённых дубинками, сумели его скрутить, вырубить хорошим ударом по голове и выволочь из кладовой, на всякий случай заперев за собою двери, чтобы кто другой ненароком не зашёл в попорченное драконом месте. Мало ли какую заразу там теперь можно подцепить!

Юльдра будет очень доволен. Эльфу он бы обрадовался, конечно, больше, но дракон — тоже очень важная часть идеального плана верховного жреца.

***

К вечеру Йеруша окончательно разморило, устало и рухнуло с ног, да и тропа затерялась среди теней. Только сейчас сообразив, что оказался совсем один в каком-то ужасно ужасном месте Старого Леса, Йеруш ощутил пренеприятный холод в затылке, а заодно — нечеловеческую и неэльфскую усталость, голод и жажду. Отстегнул от рюкзака скатанное в рулон тонкое одеяло, нашёл фляжку с водой и чуть пованивающий плесенью плод крахмального дерева, завалявшийся в рюкзаке со времён путешествия с усопцами. Беззвучно рассмеялся глупой шутке, которая ему придумалась по этому поводу. Проглотил плод, почти не жуя, запил водой, завернулся в одеяло, просунул руку в лямку рюкзака и мгновенно уснул. Не успел даже подумать о том, что в Старом Лесу вполне можно проснуться с обглоданными ногами или непоправимо разделённым с собственной головой.

***

В небольшом залитом светом зале пахнет заскучавшими без дела железками, ржавчиной, пылью и безысходностью. Согнутые в локтях руки втиснуты в кандалы над головой. Здравствуй, память о машинных Донкернаса, я вовсе не скучал. Ещё одна пара кандалов держит ноги над коленями. Тело растянуто на столе, очень похожем на распырку из донкернасской большой машинной: холодная шершавая поверхность, распахиваюшая драконий живот перед железными свёрлами — и велика ли важность, что над здешней распыркой свёрел нет. Пока что. Живот всё равно то в ужасе поджимается, щетинясь рёбрами, то спазматически напрягается, обрисовывая сухие продольные мышцы.

Тело гораздо быстрее поняло то, во что ещё не до конца поверила голова, — насколько сильно спятили жрецы за эти… сколько там дней прошло? Как можно настолько сильно спятить за считаные дни? Или они и раньше были безумны, а дракон не замечал?

Они что, всерьёз собираются причинять боль тому, кого недавно называли другом? А он-то думал, клетка была самой враждебной их идеей!

Нет. Нет. Что за чушь? Зачем им причинять боль дракону? Или кому бы то ни было ещё?