– О чем вы говорили, когда сказали, что тем, кто будет иметь с нами дело, будет не до изгоя?
– Техножрецов учат некоторым приемам, позволяющим нам подчинять себе сознание других существ. Ненадолго и не более одного, но мы это умеем, – помолчав, ответил верховный.
– Я не знал этого…
– Об этом вообще мало кто знает. У техножрецов много приемов, которыми пользуются только они. Так что постарайся сделать так, чтобы об этом никто и не узнал. Я раскрыл тебе тайну, которую не открывают даже большим вое начальникам.
– Я сохраню ее, – кивнул Альказ. – Но я так и не смог понять, почему изгой так сильно боится этих людей.
– Его страх основан на их жестокости. Эти люди еще большие изгои, чем он сам. Они восстали против своих правителей и готовы пойти на все, лишь бы добиться своего. Для них не существует запретов, они сознательно отказываются от любых этических норм мягкотелых. И именно это делает их практически неуязвимыми для властей.
– Откуда вы знаете? – удивился Альказ.
– За время нашего полета я то и дело останавливал в коридоре кого-нибудь из экипажа и применял свои знания, о которых уже говорил тебе. Прежде чем идти на встречу с такими людьми, нужно было как следует приготовиться.
– А что вы скажете о той женщине, Марго?
– Своенравна, капризна, избалованна, а следовательно, очень опасна своей непредсказуемостью. Но все ее эмоции подчинены главному – жадности. Увидев металл, она отбросила всякую конспирацию и вступила в переговоры лично. Именно поэтому я и пригрозил взорвать корабль, когда понял, что она готова на все, лишь бы получить прибыль. Ее реакция убедила меня в правильности моей догадки. От злости и удивления она даже забыла возмутиться на мое предположение. Но теперь она точно знает, что мы опасны и готовы применить самые суровые меры.
– Вы и правда знаете, как можно взорвать этот корабль?
– Знаю. Несколько первых трофейных судов были потеряны именно из-за неумения правильно управлять реакцией, заложенной в принцип действия двигателей судов мягкотелых.
– Но откуда вы об этом узнали? Ведь взорвавшиеся корабли должны были унести с собой и жизни техножрецов, допустивших ошибку, – насторожился Альказ, не поверивший в ответ техножреца.
– Верно. Но мы сумели воспользоваться связью тех судов. Работавшие в двигательном отсеке техножрецы громко проговаривали то, что делали, и когда раздавался взрыв, порядок их действий браковался. Так, методом проб и ошибок, мы сумели научиться запускать их двигатели и узнали, что излучение от этих двигателей опасно для ксеносов, – устало, ответил верховный. – Все эти знания тщательно зафиксированы на специальных носителях и хранятся в главном хранилище молельного дворца.
– И вы готовы уничтожить себя самого, лишь бы сохранить нашу тайну? – спросил Альказ с непонятной интонацией в голосе.
– Ради империи я уничтожу все, что угодно. Я всю жизнь отдал служению Ксене. Ради этого я позволил лишить себя права на размножение, так что смерть меня давно уже не страшит, – тихо произнес техножрец.
– Тогда завтра мы должны сделать все, чтобы получить нужное оружие, – решительно ответил Альказ, медленно укладываясь на бок.
Напряжение прошедших суток заставило его отключиться даже не заперев двери каюты. Вскоре в маленьком помещении воцарилась полная тишина, нарушаемая только свистящим дыханием ксеносов.
Следующая неделя пролетела для Старого Лиса без новостей. Он валялся на пляже, пил пиво в уютных забегаловках и играл по маленькой в разных казино. Короче говоря, просто убивал время. Но стоило ему только бросить украдкой взгляд вокруг, как сразу становилось понятно, что его охраняют. Ненавязчиво, можно сказать профессионально. Рядом с ним постоянно находился только водитель выделенного ему глидера, но при этом охрана казино, торговцы дурью, сутенеры и другие клошары старались держаться от него подальше.
Исключение составляли только доступные девицы, то и дело предлагавшие ему свои услуги. Но Старый Лис старался не впутываться в грязные истории. Во всяком случает такие, за которые его могут забрать в полицию. Это не могло пройти незамеченным, и спустя несколько дней араб, встретив его во дворе, иронично спросил:
– Мистер Олири, что с вами такое?
– О чем это вы? – осторожно спросил Лис.
– Мне докладывают, что вы сторонитесь женщин. Вы заболели или чего-то боитесь? Я же говорил, ваш отдых полностью оплачен.
– Пожалуй, вы правы, я боюсь заболеть, – ответил Старый Лис с заметным смущением.
– Забудьте об этом, – рассмеялся араб. – В Халифате любой человек, вовремя не озаботившийся своим здоровьем, рискует остаться без головы.
– В каком смысле? – не понял Старый Лис.
– В прямом. Распространение венерических заболеваний, независимо от того, умышленно или случайно, карается смертной казнью. Так что за свое здоровье можете не волноваться.
– Я беспокоюсь не о похабных болячках, а о том, что за такую связь я могу оказаться в кутузке. Привлекать к себе внимание полиции я совсем не жажду.
