Пусть даже она и понимала, что такое знание – если подтвердится худшее – уничтожит ее.
Хотя имелся и еще один серьезный повод для беспокойства.
Эсме посмотрела на уходящий в глубь деревни кровавый след, прекрасно понимая, что возмездие Пека будет жестоким, если ее обнаружат здесь. И, без сомнения, его гнев обрушится и на всех обитающих в деревне чанаринов.
«Вот еще одна причина, по которой надо срочно покидать эти края».
Она повернулась к незнакомцам:
– Когда отправляемся?
Дарант посмотрел в небо, прикрыв глаза ладонью от солнца.
– Пока еще ждем, когда отставшие вернутся на корабль.
Эсме кивнула.
– Тогда я соберу все, что мне нужно. И Крикиту тоже.
– Крикиту? – недоуменно переспросил алхимик.
Эсме подала знак своему другу. Юный молаг подбежал к ней, лег на живот и тихонько защелкал клешнями, явно обеспокоенный.
Она наклонилась и почесала его за стебельками глаз.
– Не бойся. Я тебя не брошу.
А потом дерзко посмотрела на остальных, словно призывая их попробовать отказать ей.
Дарант пожал плечами и бросил озадаченный взгляд на алхимика.
– Да что же это такое со всеми этими юными девицами… и их привязанностью ко всяким странным зверям?
Никс и Баашалийя неусыпно наблюдали за воздухом с кормы, из просторного трюма «Огненного дракона». Поскольку корабль все еще стоял на земле, его кормовой люк был открыт, переведенный в горизонтальное положение и готовый выступить в качестве посадочной площадки. Горячий ветер задувал внутрь песок. Над головой палило солнце, обжигая продуваемые ветром руины.
Никс не отрывала взгляд от восточной стороны неба, высматривая какие-либо признаки Даала и его команды. В правой руке у нее был зажат дальноскоп, который она то и дело подносила к глазу, однако его линзы не предлагали ей ничего утешительного.
«Где же вы все?»
Другая ее рука покоилась на седле, на спине у Баашалийи. Никс так и не сняла с него сбрую после своего последнего полета, когда они с Баашалийей последовали за почтовой вороной обратно к «Огненному дракону». Птица принесла известие о приближении трех кораблей, один из которых нес бхестийский флаг.
Это было целый колокол назад. Если Даал и его спутники отступили от надвигающегося противника, отправив ворону и полетев вслед за ней, то уже должны были вернуться.
Никс опять подняла свой дальноскоп и обвела им горизонт. Сердце у нее гулко билось, требуя от нее немедля вскочить в седло Баашалийи и направиться на восток. Она едва сдерживала это побуждение. Это позволило бы ей лишь слегка сократить ее бдение, дав возможность засечь возвращающихся рааш’ке немного раньше, чем просто сидя на месте.
Никакого другого толку от этого не будет.
И все же Баашалийя сразу ощутил это ее желание. Теплое дыхание овеяло ей щеку, бархатистые ноздри коснулись подбородка. Уши наполнило тихое попискивание, эхом отражая ее нетерпение, гармонируя с ее сердцем. В этом его напеве Никс сразу узнала нотки тоски по чему-то потерянному… и одиночества.
Которые тоже отозвались у нее внутри.
Убрав руку с седла, Никс почесала нежное местечко за ухом у Баашалийи, пытаясь успокоить его – так же, как и себя. Он довольно взъерошил шерсть, но скрытая грусть по-прежнему никуда не девалась.
В то время как она тосковала по Даалу, Баашалийя тоже переживал такую же потерю. Он провел почти всю свою жизнь в недрах миррской колонии, в которой был и самим собой, и частью куда большего целого, общаясь с огромным и древним разумом орды, составляющим прошлое и настоящее его собратьев.
Чтобы присоединиться к Никс, он от многого отказался, но с пятью рааш’ке на борту «Огненного дракона» Баашалийя вновь обрел некое подобие семьи. Спустившись в трюм, она частенько обнаруживала, что он уютно устроился рядом с другими огромными летучими зверями, наслаждаясь теплом их тел и тихим хором их напева.
«Теперь он опять один…»
– Они скоро вернутся, – прошептала ему Никс, изо всех сил стараясь успокоить его – и саму себя.
Позади нее послышался грохот тяжелых сапог, усиленный гулким простором трюма. Она поняла, кто это, по твердой походке и мягкому топотку лап, сопровождающему вошедшего.
Никс обернулась на Грейлина, который с суровым лицом направлялся к ней. Сопровождающий его Кальдер возбужденно хлестал хвостом воздух – что, вероятно, было отражением напряжения, охватившего его напарника.
Она и сама сразу же напряглась, опасаясь худшего.
«Прилетела еще одна почтовая ворона? Я пропустила ее появление?»
– Что случилось? – спросила Никс, когда пара присоединилась к ней.
Грейлин выглянул в люк, устремив взгляд к горизонту.
– Только что вернулся Крайш, – наконец произнес он. – Им удалось найти проводника – молодую женщину из кочевых племен, которые странствуют по Пустоземью.
Это явно не могло быть причиной мрачного выражения лица рыцаря.
«Нам ведь и был нужен такой проводник!»
Грейлин тем временем продолжал:
– Дарант и Джейс сейчас с ней, пока она собирает вещи в дорогу. Но есть одна проблема. Они ввязались в стычку с толпой каких-то местных подонков. Если мы задержимся, могут возникнуть определенные сложности.
