Верила ли я в другие миры? Нет! И даже не мечтала стать попаданкой! Но у судьбы на меня, оказывается, свои планы. И меня ждет странствие в другой мир, в котором ведьм сжигают на кострах, а горе-попаданок отдают на десерт кровожадному дракону! А тут еще выясняется, что подруга, с которой мы попали на ПМЖ в другой мир, готова с легкостью предать меня и самостоятельно толкнуть в пасть дракона.
— Нет, Верусь, ты все-таки дура!
Вздохнула, вот и поговорила с подругой называется. Впрочем, сама виновата, не надо было с ней откровенничать, лучше бы сказала, что парень у меня был, но бросил. А еще лучше, коли врать, сказала бы, что сама его бросила. Да чего уж там мелочиться, могла вообще наплести, что за мной весь курс... хм... универ увивается, то есть его мужская половина. И даже ректор не устоял передо моей неотразимой красотой!
Покосилась на свое отражение в зеркале кафе и сдулась. Наврать я могла что угодно, вот только кто ж мне поверит. Уж точно не Светка, с который мы не только жили на соседних улицах и учились в одной школе, но и сидели за одной партой.
Немного завистливо взглянула на подругу. Высокая, стройная, со светлыми пшеничными волосами и голубыми глазами, прямо мечта любого парня.
Даже когда мы в кафе вошли, на нее сразу же обратили внимание — мужчины заинтересовано, а женщины с завистью, и только детям был безразличен цвет ее волос, декольте и мини-юбка, да ноги, растущие от ушей.
Вновь вздохнула. Я всегда терялась на ее фоне, особенно в детстве и в подростковые годы. Ну да, у нее метр семьдесят восемь, а у меня метр пятьдесят два. Ее вес никогда не превышал пятьдесят пять килограммов, чем я точно не могу похвастаться. Это сейчас после изнурительных диет и походов в фитнес я держусь в рамках пятьдесят три-четыре килограмма, а в школе вообще набирала порой больше шестидесяти килограммов.
А вот при маленьком росте грудь у меня была твердая четверка, и как бы я не пыталась утянуть ее лифчиком, куда там. Не повезло мне и с волосами. В семье у меня все люди как люди, и роста не карликового и волосы у всех членов семьи нормальные, а у меня они только зимой нормального цвета, а летом приобретали странную рыжину, которую и краска не брала. А вот кожа у меня светлая. И к ней у меня претензий в нормальные дни не было, но вот когда я смущалась, то не просто краснела, а прямо багровела.
— Не ожидала от тебя этого, Колобок.
Дурацкое детское прозвище резануло по ушам. Светка еще в первом классе придумала это прозвище, но я так радовалась, что у меня появилась подружка, что старалась не обращать внимание на этого "Колобка". Однажды я правда не выдержала, мы всем классом ездили в другой город на экскурсию, и Светка меня так позвала при толпе народа. Я, смущаясь, попросила ее больше так меня не называть. Но Светка сначала обиделась, а через неделю сделала вид, что и разговора этого не было.
Чуть нахмурилась, услышав сегодня это прозвище. Нет, я не модель, но за прошедший год после выпускного я все же изменилась довольно сильно, так что колобка не напоминала.
И вообще, без Светы, а она уехала учиться к своей тетке в другой город, и мы только изредка созванивались, я стала задумываться о том, что я всегда была у нее этакой невзрачной подругой, у которой можно списать домашку и которую можно было попросить написать за нее реферат и сочинение. А вот гуляла, даже в школе, Света с девочками на год старше себя. Да и в течение этого года звонила в основном ей я, чтобы узнать как у нее дела. А она звонила только по делу.
Впрочем, она и в город вернулась неделю назад, а мне только сегодня позвонила.
— Парень при бабле, а ты ему отворот дала. Вот я и говорю, дура. Ты вообще радоваться должна, а ты все по этому Олегу сохнешь. Неужели до сих пор не дошло, что он в другой лиге и на тебя никогда не взглянет, если ты даже похудеешь еще на три размера?
Света хоть и резко мне выговаривала, но в чем-то она была права. В Олега я влюбилась в девятом классе, когда он перевелся в нашу школу. Но рядом с ним я и впрямь выглядела колобком, так что он на меня и не смотрел. Он гулял с нашей первой красавицей — Лизой. Потом с Надей, с Ксюшей и еще с другими девочками, ни одна из которых не была ниже метра семидесяти.
Вот я и диетами себя изводила, чтобы летом, когда он приедет на каникулы, поразить его.
— Так, не тормози и звони своему ухажеру, как его… Федя?
— Саша.
— Звони при мне. Извинись, что была такой дурой и соглашайся приехать к нему на шашлыки. И не забудь сказать, что будешь с подругой.
Звонить Саше я не хотела. Но Света была права, не буду же я всю жизнь ждать Олега, мне уже девятнадцать лет! Не успеешь оглянуться, как говорит моя тетя, и останешься старой девой.
Саша обрадовался и звонку, и моему согласию приехать к нему в гости. Он продиктовал мне адрес дачи за городом и сказал, что к семи уже можно подъезжать.
— Но вот и молодец, — улыбнулась Светка, — а теперь звони родителям.
— Зачем?
— Как это зачем? Будем отпрашивать тебя с ночевкой.
— Они не отпустят.
