Мне, иномирянке Алисе, выпала ужасная миссия – поступить в Высшую Военную школу, которой руководит чудовище.Милорд Рагар. Младший принц, воплощённый дракон и поборник традиций – тех самых, что запрещают девушкам практически всё.Я иду на отбор вместо взбалмошной аристократки Элис, под видом парня, и мечтаю только об одном – не стать завтраком для рассерженного таким обманом драконьего лорда. Впрочем, есть и вторая мечта – добраться до ведущего в родной мир портала! Только это может оказаться ещё сложней…
Пролог
В кабинете его величества Сарраса царили тишина и спокойствие. Отец допивал свой утренний чай, а я стоял у дальнего окна и неодобрительно смотрел на небольшой внутренний плац. Там сейчас упражнялись гвардейцы из элитного дворцового полка, и тренировка шла как-то вяло.
Окно, что ли, открыть? Крикнуть им, чтоб пошевеливались? Личной инспекцией пригрозить?
Я кивнул этой мысли, но осуществить задуманное не успел – дверь распахнулась и в кабинет стремительно вошёл Виррион. Брат добрался до большого гостевого кресла, рухнул в него и выдохнул:
– Эти дети меня доконают! Они не драконы, а настоящие демоны! Всё утро, с самого рассвета носятся по замку и визжат!
Наш отец, его величество Саррас, широко улыбнулся, а Виррион насупился:
– Не смешно! Ещё немного, и я начну изрыгать пламя без всякой смены ипостасей!
– Не начнёшь, – отец улыбнулся шире. – Я же не начал.
– Да просто ты… Да мы вообще не такими были!
– Не такими? – король весело фыркнул. – Ага!
Возмущение Вирриона резко усилилось. Брат явно собирался поспорить, чьи дети хуже, но тут заметил меня.
Миг, судорога по лицу, и выражение стало совсем другим, почти безмятежным. Секунду назад Вир полыхал, а теперь превратился в этакого старца с горы Мудрости, познавшего Вселенскую суть.
Его голос тоже прозвучал благостно:
– Рагар, и ты здесь? Какая неожиданность. Забудь, что я сейчас сказал. Речь шла вообще о другом.
Я тихо рассмеялся, а Виррион продолжил:
– Дети – это прекрасно. Иногда они, конечно, шалят и могут показаться совершенно невыносимыми, но это лишь иллюзия. В действительности дети – это…
Договорить Вирриону помешала вновь распахнутая дверь.
В этот раз в кабинет ворвался Дэррек. Как и Вир, мой второй брат, не глядя, промчался к гостевому креслу, упал в него и воскликнул:
– Зачем я женился на этой курице?
Обращался Дэррек к отцу, одному из мудрейших драконов восточного побережья.
– Я, видите ли, про годовщину нашего знакомства забыл, – продолжил бушевать Дэрр. – Про годовщину первого поцелуя тоже не вспомнил! А я… Я дракон, а не Летописная книга. Говорю ей: дорогая, прости, давай я тебе бриллиантовое колье подарю? А она…
– Что она? – заинтересовался родитель.
– Велела засунуть это колье себе в жо…
Дэррек резко замолчал. Просто наконец соизволил оглядеться, тоже обнаружил меня и весь гнев моментально «испарился».
– Рагар? – прозвучало удивлённо. – Какая неожиданность. Как твои дела?
Дэрр притворился, будто ничего про жену не говорил, и я снова рассмеялся – уж слишком забавно выглядело это актёрство.
Брат, разумеется, понял.
– Всё не так, как тебе показалось, – сказал он. – Супружество – это прекрасно. Любовь – чувство, которое окрыляет, делает нас лучше, толкает на подвиги…
Я не выдержал, и смех превратился в хохот. О, да! Разумеется! Только, чур, без меня!
– Рагар, хватит ржать, – Виррион тоже не выдержал.
– Заткнись и прекрати нас бесить, – поддержал брата Дэррек.
– Спокойнее, парни, – махнул рукой отец. – Это вопрос времени. Когда-нибудь и Рагара накроет.
– Что накроет? – в кабинет очень некстати проскользнула ещё и матушка. Как всегда нарядная, с причёской, окутанная восхитительным ароматом духов.
Повисла короткая пауза. Виррион перестал метать молнии, Дэрр скрипеть зубами, а я прекратил смеяться, но улыбался по-прежнему широко.
– Мы всё о том же, – объяснил королеве отец.
– О… – матушка бросила на меня понимающий взгляд. – Бедный мой мальчик… Потерпи ещё чуть-чуть, я уверена, ты скоро встретишь свою пару.
Я закатил глаза.
– Любовь ведь не спрашивает нашего разрешения, – продолжила добивать матушка, чьи слова почему-то всегда действовали на нервы гораздо сильнее, чем выступления отца или братьев. – Она приходит, поселяется в нашем сердце, и…
Королева скользнула к его величеству Саррасу и обняла за плечи. Папа просиял, поймал хрупкую женскую ладошку и принялся целовать. Родители любили друг друга, я видел это и всегда знал. Впрочем, в семейной жизни братьев, невзирая на «демонов» и «куриц», тоже всё было прекрасно. Но!
Нет.
Нет, и ещё раз нет. И даже не обсуждается.
Когда-нибудь позже, когда мне надоест трезво мыслить, жить в тишине, когда осточертеют собранные таким трудом сокровища и захочется чего-то убийственного, я… так и быть, подумаю о женитьбе. Веков этак через пять.
– От судьбы всё равно не уйти, – ворвался в мысли голос Дэррека.
– И не сбежать, – поддакнул Вир.
– А разве я сбегаю?
– А разве нет? – фыркнул Дэрр.
– Не побоюсь напомнить, – подхватил Вир, – но ты безвылазно сидишь в своём логове, на краю мира, в дыре, куда ни одна леди не доберётся. А там, где нет леди, брачными узами не свяжешься, – брат развёл руками. – Так что это, если не побег?
Я посмотрел снисходительно и парировал:
– Ерунда. Я не сбегаю и не прячусь, просто не лезу на рожон. Спокойно занимаюсь любимым делом.
Дэррек недобро сощурился, Вирион наморщил нос, а отец ухмыльнулся. Зато мама осталась абсолютно безмятежна.
А потом прозвучало страшное:
