— Нет уж, постойте, — голос администратора изменился, стал тяжёлым и жёстким. — Мы с вами ещё контракт не подписали.
— Да не буду я никакие контракты подписывать, сказала же. И не нужна мне никакая путёвка! — я уже хотела выйти из кабинета, как вдруг мне поплохело.
Сознание поплыло, а перед глазами замигали звёзды, словно я очутилась во сне. В ушах послышался глухой звон колокольчика. Покачнувшись влево, я ощутила на своей талии чьи-то руки, которые довольно грубо посадили меня в кресло.
В себя пришла примерно через минут пять. И первое, что я увидела, был старинный пергамент, который парил перед самым моим носом. А на нём… Боже! Выведена моя подпись!
— Вот и ладушки, — мужчина резко хватанул документ и сложил его в трубочку. — Дело сделано.
— Что? — прохрипела, как только поднялась на ноги. — Что произошло? — голова совсем не соображала. Я даже не помнила, как тут очутилась. Была возле билборда. А что случилось потом?
— Приятного путешествия, — мужчина очень мерзко улыбнулся и громко хлопнул в ладоши.
— Подож… — договорить я не успела.
Под ногами открылась огромная чёрная дыра, которая утащила меня в темноту.
Падение чем-то напомнило падение Алисы в Страну Чудес. Только вместо банок с вареньем, географических карт и посуды, пространство заволок васильковый туман. Настолько густой, что казалось я провалилась в колодец, который был заполнен киселём.
Время будто остановилось. Сколько я падала? Полчаса, час, день? Не знаю…
А может, я умерла? Сердце забилось сильнее от этой мысли. Несправедливо! Мне всего двадцать три. Недавно закончила ВУЗ, нашла неплохую работу по специальности. У меня было ещё столько планов! А тут…
Я оглянулась. Вокруг меня был всё тот же васильковый туман. Однако, если приглядеться, то можно было заметить, что он начал редеть, а минуту спустя, я упала на что-то очень мягкое и эластичное. По ощущениям напоминало, что я лежу на пищевой плёнке, которая под моим весом начала растягиваться всё больше и больше, пока совсем не порвалась.
Полёт уже напоминал крутое пике. Свирепый порыв ветра растрепал волосы, глаза слиплись, даже стало трудно дышать. Единственная мысль, возникшая в голове, кричала: — “Конец! Сейчас точно расшибёшься в лепёшку!”
Яркая вспышка, треск, шелест разлетевшейся бумаги, чья-то безудержная ругань и… тяжесть в голове.
— М-м-м, — я распластала руки.
Пыталась нащупать землю или траву, но наткнулась на чей-то волевой нос. Дёрнула. Да, точно нос. Кроме носа, ладонь нащупала лёгкую щетину, горячие губы…
— Кх-м, — недовольно кашлянули, после того как я начала гладить чьи-то жёсткие волосы.
Открыв глаза, поняла, что лежу на руках темноволосого мужчины. Ну, то есть как… Я на его руках, а он лежит на полу, на спинке перевёрнутого кресла.
— Ай! — вскрикнула и, перевалившись через подлокотник, отлетела в сторону книжного шкафа.
Незнакомец, однако, моего кульбита не оценил. Охнув, он зажмурился и принялся причитать на каком-то непонятном, странном языке. И, судя по тону, слова были не очень приличными. Похоже, пока барахталась на его теле, я ему что-то отдавила.
— Где я? — пискнула и, повертев головой, увидела ещё одного человека.
Этот был старый, с длинной седой бородой, как у Гендельфа и безумными глазами навыкате. Одет в серую длинную мантию, обмотанную ремнём на поясе.
— Что тут происходит? — я резко встала, но нечаянно ударившись об открытую дверцу книжного шкафа снова сползла на холодный пол.
Старикан поморщился и, обойдя меня с левой стороны, принялся бубнить себе под нос что-то вроде молитвы.
— Вы кто? — шок от пережитого начал постепенно перетекать в страх.
Внутри всё заледенело, скрутилось в тугой узел, в горле пересохло, так ещё и голова от удара трещала.
Старичок тем временем хлопнул в ладоши и опять что-то пробормотал. Потом ещё раз и так до тех пор, пока его речь не стала мне знакомой.
— Понимаешь? — произнёс он, уже с какой-то усталостью в голосе.
— Да, — несмело ответила и снова поднялась на ноги. На этот раз аккуратно, чтобы не долбануться о дверку.
Я находилась в кабинете, который был сверху донизу заставлен книжными шкафами и полками. Кроме них, посередине стоял широкий массивный стол и пара кресел на резных ножках. Огромное арочное окно занавешивала тяжелая штора с вышитыми геральдическими лилиями.
Мужчина, на которого я упала, уже встал, приосанился и, поправив сюртук, с утробным рычанием двинулся на меня. Я инстинктивно отшатнулась назад, вжавшись в злополучный книжный шкаф.
Мрачный, с надменными, жёсткими чертами лица, волевым подбородком и тонкими губами.
Весь его вид говорил: “Берегись!”
— Как ты открыла портал? — грубо произнёс он, пронзив меня холодным взглядом.
— Портал? Какой ещё портал? — я совершенно не понимала, что за чепуху он несёт.
А что, собственно, произошло? Мне позвонили из бухгалтерии, сообщили о задержке выплаты, я пошла гулять, местный туроператор дал мне отворот поворот, я набрела на вывеску, а потом… А что же случилось потом? Не помню. Ну, вот совершенно. Как отрезало. Пыталась вспомнить, но сознание то и дело обволакивала густая васильковая дымка.