– Ясно, – понятливо кивнула женщина. – Значит, можжевельник.
– Только ягоды надо сушить на просоленной бумаге, – добавила я торопливо.
– Почему?
– Так лучше.
Как объяснить, что я знала такие вещи. Просто понимала и все тут.
– Надо же, – себе под нос пробормотала женщина и посмотрела на часы. –Ратуша уже закрыта. Старосты наверняка по домам разошлись. Потому, давай-ка я тебя на постой определю.
– Куда? – насторожилась я.
– Тут неподалеку небольшая гостиница. Комнаты уютные и чистые.
– Ну…
– Платить ничего не нужно, – рассеяла мои сомнения Рани. – Ты ведь не приезжая, а считай своя. И ужин за мой счет.
– У меня есть деньги.
– А у меня совесть. И обирать внучку Аны я не стану. И другие не посмеют.
– Вы знали мою бабушку? – тут же всполошилась я.
– Она жила тут недолго. Но сделала много хорошего для города, и каждого из нас, – с грустной улыбкой сообщила Рани.
– Она никогда не рассказывала о том, что тут жила.
– Зато нас она предупредила, что ее потомки могут приехать сюда в поисках нового дома.
Я ничего не ответила. Допила чай, поставила кружку на стол и посмотрела в окно. Снаружи сгустились сумерки. То тут то там загорались огни фонарей. Мимо прокатилась пузатая маленькая машинка.
– Тебе здесь будет хорошо, – произнесла женщина с благодушной улыбкой.
Музыкальный аппарат пискнул, останавливая пластинку, и в этот момент Рани перестала походить на человека. Я заставила себя не вздрогнуть, когда рассмотрела ее звериные глаза.
– Ты будешь среди своих.
– Тут все… свои? – уточнила я с замирающим сердцем.
– Большая часть. Мы живем дружно, поддерживаем друг друга и порядок.
– И шериф есть? – я вздрогнула, вспомнив Брока и его отца.
– А как же, – с гордостью подтвердила женщина. – Хотя собирается на пенсию, но еще крепкий мужик. Любит рыбу и захаживает сюда обедать.
Продолжая рассказывать о вкусовых предпочтениях жителей Аннинска, Рани накинула на плечи шаль и пошла к выходу.
– А ребята тут останутся? – удивилась я.
– У них отработка, – махнула рукой хозяйка. – Сами потом закроют и занесут мне домой ключ.
– Понятно.
– Ты же не думаешь, что они тут попортят чего? Или украдут?
От неожиданного прямого вопроса я замялась, но женщина лишь покачала головой. Мы вышли наружу и направились вниз по улице.
– Эти мальчишки вовсе не плохие. Просто глупые. Ты обиды на них не держи и не опасайся. Они поняли, что повели себя плохо.
На это я усмехнулась, точно помня, что в школе меня тоже не обижали, но и приязни не проявляли.
– Ничего не бойся, – женщина взяла меня под руку.
– Постараюсь, – честно пообещала я.
Мы шли вдоль магазинчиков, большая часть которых оказалась закрыта. Ветер скользил по коже. Невольно зажмурилась от удовольствия, вдыхая аромат свежего хлеба и цветов. Где-то вдалеке звякал звонок велосипеда и заливисто лаяла собака. Навстречу попадались горожане, провожающие нас внимательными взглядами. Я старалась не показывать нервозность, что выходило скверно. Стало ясно, что мое состояние не осталось в секрете. Сопровождающая ободряюще пожала мою ладонь.
– Не переживай, – попросила она.
Вскоре мы остановились маленького белого заборчика. Тот огораживал ухоженный дворик с высоким каменным домиком.
– Тут ты можешь остановиться на постой.
– А хозяева точно будут не против?
– Они будут только рады, – уверила женщина.
– Не выпустите кролика! – послышалось от порога.
Уже в последний момент я успела перехватить зайчонка, который едва не юркнул в просвет приоткрытой калитки.
– Он у нас, – сообщила Рани и подмигнула мне. – Мы идем с добычей.
У пушистика на шее виднелся крохотный колокольчик и было ясно, что он тут не для того, чтобы стать пищей. И я подумала, что плохие люди не будут держать такого милого питомца. И неважно, что они на самом деле не люди.
***
Все неожиданно сложилось очень удачно. Владеющая этим местом пожилая семейная пара оказалась приятной. Женщина предложила чай, а ее муж предложил занять комнату с окнами в сад.
– Правда туда часто выбегает кролик, – вздохнул он, забирая у меня питомца. – Мы выиграли его на Празднике Урожая. Но не смогли приготовить из ушастого ужин.
– Понимаю вас, – кивнула я. – У него такие глазки.
– И фырчит он уж очень мило, – согласился хозяин и улыбнулся, показав острые зубы. – Я скорее стану вегетарианцем, чем буду грызть этого пушистика.
Рани ободряюще меня приобняла.
Мне отвели небольшую комнатку с кроватью, узким шкафом и креслом, перетянутым тканью в красную клетку. Окно прикрывала похожая расцветкой штора. Я не стала рассматривать картину на стене и рисунок обоев. Кровать привлекла все мое внимание. Матрас оказался слишком мягким, и я словно утонула в нем, когда присела на край. Как бы мне ни хотелось тотчас упасть на него и заснуть, я заставила себя разобрать рюкзак. Вынула из него свежий комплект белья, связка пакетиков шампуня, которую купила на одной из заправок и направилась в душевую примыкающую к комнате.
К счастью, там нашлись чистые полотенца, и пара халатов, которые были явно заготовлены для гостей.
