— Спасибо! — только и успела выкрикнуть за мгновение до того, как дверь закрылась, а длинноволосый мужчина покинул наше скромное общество, оставив чудо-стол. — Так-так… — потерев ручонки, я пересела на другой край кровати. Так, чтобы есть сидя. Кресло я, конечно, под окном приметила, но просить переставить его постеснялась. — Идите, идите, я справлюсь. — кивнув, я махнула рукой в сторону мужчин и придирчиво осмотрела сочные, на первый взгляд, кусочки мяса.
Хочу!
Драконы удалились, не сказав друг другу и пары слов, а я, отыскав трехзубчатую вилку, принялась копаться в предложенных блюдах, как тот жук… в том самом.
Попутно подливая себе воду из запотевшего графина, я натурально набивала себе живот. Временами даже вкуса особо не чувствуя. Мясо просто обалденное! И вырезка, и рёбрышки, и что-то безобразно вкусное копчёное. А вот некое подобие риса и картофеля… бррр безвкусное абсолютно. Хотела полить предложенные гарниры соусом из золотистых пиал, да вовремя сообразила, что вряд ли этот пир для меня одной. А я сейчас могу просто испортить будущий обед или ужин мужчинам. Вот и уминала мясо. Его здесь просто горы. Правда, горы. Такие кривые и ароматные, на деревянных подставках, горы. Манящие.
Моя прелесть.
Если меня сейчас опять отравят, я даже очень сильно не расстроюсь. Обалдеть как вкусно!
— Приятного аппетита. — дверь тихо приоткрылась. Женщина в длинном синем платье робко заглянула в комнату. — Я могу войти?
Я зависла, задумавшись на минуту. Как-то у меня отношения с женщинами в этом мире не очень складывались. Точнее, в этих мирах уже, получается. Но незнакомка так боязно осматривала покои, что я наивно предположила, что мне её бояться не стоит.
— Конечно. — кивнула, прервав праздник живота. Надеюсь, ненадолго. — Вы к королю?
— К Драгу? А он… — сама не заметила, как поморщилась, услышав имя своего подёлочного дракона. — Мне сказали, что он прибыл с гостями…
Прикрыв за собой дверь, женщина вошла, лихорадочно бегая глазами с одного угла в другой.
— Да. Прибыл. — насторожённо отозвалась я. — Мой… спутник с ним в кабинете. Это где-то там. — махнула в сторону стеллажа с книгами и улыбнулась. — Я думаю, они там надолго.
— С Дэйваром? — выпалила женщина, вперив в меня огромные, покрасневшие глаза.
Настал мой черёд осматриваться по сторонам. В частности, на предмет средств самозащиты. Вилка сойдёт, интересно?
— А вы кто? — как бы невзначай взяв в руку вилку, решила уточнить. Просто мне что-то кажется, что защищаться от дракона вилкой совсем провальная миссия. Вон Дэй с какой высоты грохнулся. И ничего. За ночь оклемался как ни в чём не бывало.
— Я? — тихо переспросила она. — Я…королева Рисандэя. Я…я…мама Дэйвара.
Копанный — штопанный. Это сколько у дракона-короля жён, детей и королевств?
— Вот как… — выдохнула я.
Что ещё сказать, я не знала. Дэй ничего не говорил о матери. Мне нечего было даже спросить или сказать. Во всяком случае, чего-то конкретного. Я ничего не знала. Зато я знала то, что с одной драконо-мамкой у нас прям не сложилось, мягко говоря. На опыте. Теперь я буду осторожнее и с этой.
— Он меня ненавидит? — горячо спросила женщина, рухнув на кровать рядом со мной.
— Э-э-э-э… А должен? — растерялась, при виде поникших плеч и сгорбившейся спины. — Простите, я не знаю. Он мне ничего не говорил. О вас.
— Я плохая мать. — королева тихо всхлипнула, спрятав лицо в ладонях.
Я выпала в осадок. Мне что сейчас сделать? Похлопать по плечу, сказав, ну ты это…держись, всё хорошо будет? Признание и принятие вины уже успех.
— Я многих таких знаю. — зачем-то брякнула я, пожав плечами. — Ничего. Живут. Мама…мама есть мама.
Вроде же не голодная уже, а бред несу… Может, она его продала кому-то. В приют какой сдала. В лагерь новобранцев на пожизненное отправила. Зачем мне вообще все эти семейные драмы? Мне и своей хватало с головой. А здесь драконья Санта-Барбара. Кто чей сын, кто чья жена, кто, кого бросил. Аут. Полный. Здесь не пол-литра, здесь недельный запой уйдёт на то, чтобы во всей этой ситуёвине разобраться.
Даже мои семейные драмы проще. Бросила мать? Да бросила и бросила. Всё же понятно. Содержала? Значит, уже что-то там такое материнское ёкало. Ну бывает, чего уж. А здесь же, куда ни плюнь, кто-то когда-то, с кем-то что-то такое, что прям сотни версий и килотонны лжи.
На кой оно мне всё это надо?
Очевидно, королева посчитала, что мне всё это надо. Ну или просто нашла свободные уши. Подол платья мяли, мою руку сжимали, что я неосмотрительно положила на кровать, ища лишнюю опору, рукавом вытирали, надеюсь, только слёзы, и рассказывали, рассказывали, рассказывали… тако-ое.
Не знаю, сколько раз я испытала отвращение, но апогеем стала фраза:
— …она не дала бы мне жить. Я вынуждена была уйти. Драгхар так и не вернулся… — а ещё помимо отвращения к рассказу, возникло отвращение к самой королеве. Местной королеве. Господи, сколько же их на самом деле? Руку, что она держала, захотелось вымыть. Не просто с мылом, с хлоркой!
