– Черт побери! Мы же предпринимаем меры безопасности, особенно в том, что касается оружия и боеприпасов.
– У меня появилась одна догадка, сэр.
– Какая?
– Остальные фугасы находились в резерве. Футболисты бегали по полю целых полчаса, прежде чем прогремел взрыв. Фугас, видимо, привели в действие буквально за мгновение до того, как Чепелл наскочил на него.
Лицо Эбри Жанга просветлело.
– Значит, «Килбой» передал соответствующий код.
– Именно, сэр. Если он был передан через нашу компьютерную сеть, то можно попытаться найти его следы. Разумеется, если они воспользовались отдельным передатчиком. В таком случае тот, кто передал сигнал, должен был находиться рядом со спортивным полем. Я могу проверить все записи, поступившие со всех датчиков района. Искусственный Разум сможет найти того, кто соответствует правильному поведенческому профилю. В информации, которая была зафиксирована сегодня, должно найтись какое-нибудь свидетельство.
– Вы получите от меня любую поддержку, которая вам потребуется. Для выполнения задания вы получите любые, самые широкие полномочия. Найдите мне этих говнюков! Не важно, сколько придется ждать, но я очень хочу увидеть, как мы вздернем на фонарь уродов из этого «Килбоя»!
Земля. Снова Земля.
В этот раз прекрасная голубая планета очаровала Лоренса столь же сильно, как и пять лет назад, когда он впервые побывал здесь. Как это обычно бывает во время перелета на низкую орбиту, он долго, насколько это было возможно, изучал изображения, передаваемые в режиме реального времени визуальными датчиками корабля. Когда корабль оказался над обеими Америками, взгляду Лоренса предстала бескрайняя масса огромного облака, медленно проплывавшего над Западной Атлантикой. Облако свертывалось в штормовую спираль. Ее края были белыми как снег, однако ближе к плотному высокому центру спираль прямо на глазах делалась темной, как будто из ее сердца вырвалась сама ночь. В считанные дни на Карибские острова обрушатся ураганные ветры и океанские волны вместе с колючими дождями. Неукротимая стихия оборвет листья со всех Деревьев и размоет берега и различные участки суши, придав им новые очертания. Обитателям островов снова придется искать укрытие понадежнее и переждать это неуютное время, потерпеть до той минуты, когда уляжется нескончаемый вой ветра. После они продолжат свою прежнюю жизнь, а прошедшее посчитают чем-то вроде нежелательного отпуска. Пальмы пустят новые побеги, а люди снова станут беспечно резвиться, валяться на ослепительно белом жарком песке и купаться в лазурных морских волнах.
Лоренс улыбнулся с высоты своего ангельского насеста. Он подумал, что подобная акклиматизация может происходить только в мире, который так богат различными формами жизни. Мир, так тесно связанный с природой, где симбиоз живых форм и окружающей среды был определяющим фактором эволюции. Мир, так не похожий на Амети.
Лоренс до сих пор испытывал самые теплые чувства к своей древней прародине. Они уже не были столь остры, как в первое его прибытие на Землю, и кое-какие из них все еще сохраняли прежний, противоречивый характер. Время от времени ему вспоминались события и места этого мира, связанные с ощущением счастья и довольства собой. И вовсе не обязательно, что такие воспоминания были связаны преимущественно с Розалин. Подобные ассоциации Лоренс по инерции продолжал загонять в самые дальние уголки памяти. С ними было связано слишком много неприятного, и все же воспоминания оставались такими же яркими, как в тот день, когда он уехал.
Его рука потянулась к спрятанному под рубашкой брелоку. Он едва не выбросил его в день отъезда с Амети. Однако Лоренс тогда решил оставить его, чтобы он служил ему вечным напоминанием о самом презренном и низком коварстве во всей Вселенной. Теперь эта вещица стала для него своего рода талисманом, свидетельством того, что он пережил худшие испытания, которым его подвергла судьба.
«Сяньти-5005», на борту которого они находились, приземлился в космопорту Кэрнса в самый разгар испепеляюще жаркого дня. Лоренса никто не встречал. Он прошел мимо парней из своего взвода как раз в те секунды, когда встречающие устремились в зал прибытия. Жены и давние подружки бросились к своим мужчинам, нежно обнимая их и стараясь сдержать слезы радости.
До возвращения корабля с Квошена, состоявшегося два дня назад, никто из родных ничего не знал о результатах миссии по извлечению прибыли – кто жив, кто ранен, кто нашел вечное упокоение в чужом краю. Облегчение и страх эхом отлетели от сводов огромного зала, в котором на полную мощность работали установки кондиционирования воздуха. Дети путались под ногами взрослых, обнимавшихся и обменивавшихся счастливыми улыбками и поцелуями.
Местную девушку по имени Сэнди Лоренс мог по праву назвать своей постоянной подружкой в период между пребыванием на Флойде и Квошене. Сэнди обещала ждать его, но в последний раз они виделись больше девяти месяцев назад. Ей был двадцать один год, и Лоренс не особенно верил в то, что Сэнди придет его встречать.