Когда прошел еще один час, из Эдмонда заметно выветрился прежний бойцовский дух. Он кое-как доплелся до столика и плюхнулся на стул, зябко обхватив себя руками за плечи, словно с моря веяло не вечерней прохладой, а арктической стужей. Джонс в некотором смысле был этому даже рад. Танцы Эдмонда всегда вызвали у его сослуживцев неловкость, за этим парнем нужен был глаз да глаз. Поначалу за Эдмондом присматривал Лоренс, но потом и он увлекся разговором с Эмерси за бутылкой пива. В принципе все не так уж и страшно. У бойцов уже вошло в привычку на всякий случай присматривать друг за другом – как в увольнительной, так и во время патрулирования. На то она и солдатская дружба.
Даже самый младший в их рядах, кажется, уже пьян до той степени, что готов рискнуть познакомиться с девушкой. Никто не слышал, что он им там говорит, зато все видели, как Хэл, шатаясь, переходил от столика к столику, то и дело демонстрируя черный браслет на запястье. Все до единой девушки, к которым он подходил, либо отмахивались от него, либо демонстративно поворачивались спиной.
И это при том, что на танцплощадке было полно народу. Джонс, чья рука после выпитого пива утратила былую твердость, а глаз – зоркость, решил попытать счастья на танцплощадке, среди потных, покачивающихся в такт ритмичной музыке тел. Музыка поменялась – вместо музыкального автомата парадом теперь командовал местный диджей. Сменилось и общее настроение, став заметно более приподнятым. А главное, среди посетителей бара было полно длинноногих куколок в мини-юбках. Как не заметить такое, если вот уже который месяц, с тех пор как они покинули Кэрнс, приходилось довольствоваться в лучшем случае воспоминаниями.
Джонс направился в середину танцплощадки вместе с Льюисом и Оделем. Даже несмотря на выпитое пиво, его движения не утратили своеобразной грации. Цель же была прямо перед ним – местная красотка в красном платье-рубашке, едва доходившем ей до бедер. Более того, она отвечала на его улыбки. На вид совсем девчонка, лет пятнадцати-шестнадцати, если не моложе. Что ж, это даже еще круче.
Он потанцевал с ней пару минут, после чего обнял за талию и принялся целовать и тискать. Она не имела ничего против, так что его пальцы еще сильнее впивались ей в ягодицы, а язык жадно исследовал рот. Вскоре и ее рука нащупала сквозь брюки его мужские достоинства и легонько сжала. До сих пор они не обменялись и парой слов.
Крики. Разъяренные возгласы на краю танцплощадки. Толкотня, но не случайная, а явно намеренная. Джонс поднял голову.
– Черт!
Черт побери этого Хэла! Вздумал заигрывать с девчонкой, которая пришла сюда не одна, а с компанией. Даже не удосужился проверить или был слишком пьян, чтобы обратить внимание на такие вещи. А ведь девчонка не одна, а с ухажером. А за спиной у того еще с полдесятка головорезов.
Хотя в голове слегка гудело от выпитого пива, Хэл автоматически отреагировал на толчок. Быстро развернувшись, он выбросил вперед руку, готовый в любой момент нанести удар ребром ладони, и крикнул обидчикам, чтобы проваливали. Местные в ответном крике выплеснули всю свою ярость в адрес непрошеных гостей, а двое решительно шагнули ближе. Хэл моментально принял позу самообороны. Надо сказать, что со стороны все это выглядело довольно глупо, потому что народ вокруг продолжал танцевать и толкаться.
И тут посыпались первые удары. Раздался пронзительный девичий визг. Кулаки Хэла с силой столкнулись с чьими-то ребрами, отчего рука его приятно заныла. Но в следующее мгновение чей-то горячий кулак соприкоснулся, причем весьма болезненно, с его собственной щекой. Из глаз посыпались искры, изо рта показалась струйка крови, а сам он потерял равновесие и полетел в толпу танцующих.
Неожиданно до всех в баре дошло, что, собственно, происходит. Причем местные увидели ненавистного агрессора, извращенца, который весь вечер приставал к местным девушкам, а потом пустил в ход кулаки против парней. Бойцам штурмового взвода картина предстала в несколько ином свете – местные головорезы посмели тронуть одного из них.
В потасовку вступили сразу десятка два человек.
Джонс принялся пробираться сквозь месиво человеческих тел. Его пихали чьи-то локти. Он пинал кого-то в ответ. Ему в лицо ткнули горлышком разбитой бутылки. Джонс успел присесть и, развернувшись, хорошенько врезал обидчику.
Крики. Звон разбиваемой посуды. Мордобой. Диджей врубил музыку на полную катушку. Кулаки, ударяющие первого попавшегося. Вскоре толпа начала скандировать:
– Килбой! Килбой!
Какая-то девушка подпрыгнула и укусила Джонса за ухо. Взревев от ярости, тот одним ударом отбросил ее к колонне. Девушка тут же согнулась пополам и ее вырвало. Джонс увидел, как из внутреннего дворика в зал шагнул Лоренс. В воздухе блеснул нож.
– Сержант!
Где-то над головой расплывчатым пятном материализовался стул. Джонс бросился, чтобы перехватить его, но опоздал. Тяжелая деревянная спинка врезалась Лоренсу в лоб. Звезды посыпались у него из глаз. Слава богу, всего на пару секунд.
