Я обернулся, обнаружил немалую горелую дыру на заду, выругался про себя – что за незадача! – и обернулся в поисках более приличной одежки. Впереди что-то блеснуло, и я побрел в ту сторону, понадеявшись, что именно там меня ждут, например, штаны. Разве я многого прошу?
Но блестели, разумеется, не мифические штаны и даже не рубашка.
Блестело крупное, наверное, способное вместить человеческого трехлетнего ребенка, покрытое синими чешуями яйцо.
Не задумываясь о последствиях, я протянул руку и коснулся чешуек. Пальцы закололо, и мне почудилось, будто к моему сознанию потянулись какие-то невидимые щупальца. Пришлось совершить над собой немалое усилие, чтобы не взорваться вновь вспышкой эмоций. Мне не хотелось ещё раз зажечь огонь и кому-то навредить.
Держать себя в руках было очень сложно. Вообще-то я считал себя очень сдержанным человеком, но теперь, кажется, и человеком вовсе не был. И любая мысль – даже о том, что я попал в чужое тело, и это всё больше похоже на бред сумасшедшего! – будила во мне целую волну эмоций. Так вот как, оказывается, несчастным холерикам живется.
Тем не менее, опыт позволил справиться, и я не оттолкнул невидимые ментальные щупальца. До моего сознания дотянулось что-то совсем юное, неопытное и пугливое, и я осознал: кажется, это то существо, что сидит в этом яйце.
Только этого не хватало!
Но меня, кажется, допустили. Я осторожно прижал ладонь к синему боку яйца и с удивлением обнаружил, что чешуя очень прочная и ледяная наощупь.
– Что это? – спросил я, хоть и понимал, что, скорее всего, не услышу ответ на свой вопрос. Марлена осторожно подошла поближе.
– Это же драконье яйцо! – выдохнула она ошеломленно.
– Драконы разве берутся из яиц? – опасливо уточнил я.
Она засмущалась.
– Вообще-то нет. Драконы-оборотни – нет, они рождаются людьми, а потом обретают свою ипостась, я точно не знаю, как, говорят, это большой секрет.
Надо же, одни большие секреты вокруг! А что делать тому несчастному человеку, который не знает, как себя вести в новом и непонятном для него мире? Действовать методом проб и ошибок? Не сказать, что это очень безопасный путь, и идти по нему, сказать честно, мне бы совершенно не хотелось.
– Но это точно драконье яйцо, – продолжила Марлена. – Считается, что самые первые драконы рождались именно так. Из яйца.
– Значит, там дракончик, – я осторожно погладил чешую. Теперь ко мне потянулась волна тепла, как будто малыш, находившийся внутри, пытался показать, что он ещё там и хочет пойти на контакт.
Я никогда не испытывал особенного умиления касательно детей, но тут почему-то в груди вспыхнули особые чувства. К тому же, на задворках сознания мелькнула мысль, что если я тут дракон, то вполне может оказаться, что это мой драконенок. Точнее, того Альдо Велле, который был хозяином этого тела раньше.
– Можно мне прикоснуться? – благоговейно взирая на яйцо, поинтересовалась Марлена. – Я никогда не думала, что такое возможно...
Что ж. Она довольно приятная девушка, а ещё, возможно, немного больше понимает в драконьих детях. А уж в драконах она разбирается точно гораздо лучше моего.
– Можно, – разрешил я, и Марлена не заставила предлагать ей дважды. Она решительно протянула руку и накрыла чешуйчатый бок яйца ладонью.
Наши руки почти соприкасались друг с другом, и во мне вспыхнула какая-то странная, животная радость от близости принцессы. Хотелось рывком привлечь её к себе и поцеловать. Почему-то подумалось, что она будет не против. А что? Я красив, богат, вот сколько золота! Да и как такому прекрасному дракону, как я, можно отказать?!
Стоп! Эти мысли не могли быть моими. Что за нарциссический подход? Что за животные инстинкты? Я мысленно одернул себя. Марлене сейчас мои мужские инстинкты так нужны, как этому драконьему яйцу – обложиться льдом!
Чешуя, к слову, немного нагрелась. А потом яйцо, казалось, аж изменило свою форму, пытаясь дотянуться до Марлены.
«Мама! – от чужого, явно детского крика моё сознание едва не разорвалось на части. – Папа! Мама, папа! Холод! Холод!»
Марлена отшатнулась, как будто её кипятком ошпарили. Я и сам отнял руку, ощутив, как стремительно накаляется чешуя.
– Ты слышал? – прошептала она. – Ты это слышал? Или мне почудилось?
Я не был уверен в том, что Марлене в самом деле хотелось, чтобы услышанное было правдой, но серьезно кивнул.
– Слышал. Яйцо считает тебя своей мамой.
– Но я не могу быть его мамой! Я его не рожала! – выдохнула она. – Ох ты ж. И что нам теперь делать?
В её глазах плескался страх. Она осела на гору золота и выглядела теперь совсем-совсем юной. Вряд ли Марлена так испугалась дракончика, скорее, отреагировала на ситуацию в целом, но я в любом случае потянулся к ней, собираясь обнять, утешить.
Марлена покосилась на меня и пробормотала себе под нос:
– Итак, я застряла в драконьей пещере, где тут выход, никто не знает, есть тут можно только золото, а ещё у меня появился мерзнущий ребенок. Чудесно. Просто чудесно. Нет человека более везучего, чем ты, Марлена, просто нет! – девушка выразительно шмыгнула носом и глянула на меня. – Ну что, молодой отец, как ребенка согревать будем?
