- Прежде чем принимать решение, - сказала она мягким негромким голосом, от звуков которого Хагара едва заметно дернулся, напрягаясь, а Вуко, на всякий случай, по щиколотку врос в каменный пол. – Я бы хотела услышать объяснения от Ее Величества Беатрисы. Тем более, что бал она не отменила, а только переименовала, назвав официальным обедом.
То есть?! Король, я извиняюсь, встал на крыло и умчал невесть куда, а его супруга вместо поиска и объявления чрезвычайной ситуации продолжила приятную светскую жизнь? Не потанцевать, так поесть…
В полной тишине на столешницу упала ручка Мартэлы, в некотором смысле вместе с ее челюстью.
- К-как? – переспросила журналистка. – Не отменила? Но обед же скоро, а мы… в несколько спорном виде, вы не находите?
- Спорном?! – переспросил Джага. – Где же тут спорность? Мы однозначно все в рванине, да еще грязные, словно из-под земли вылезли. Если мы придем в таком виде, о нашей причастности к побегу короля догадаются даже последние недоумки.
- О, таковых здесь пол дворца, - пренебрежительно сообщила принцесса, поднимаясь. Тотчас дверь в гостиную открылась и внутрь хлынуло не менее десятка слуг. – Но для остальной части мы все же приведем вас в порядок. Пока вы пробовали десерт, мои помощницы собрали свободных дворцовых модисток и принесли подходящие наряды. Разговаривать с королевой, что бы вы ни собирались ей сказать, следует только в достойном образе.
Она качнула кистью и на нас, словно муравьи на сладкую булку, буквально набросились швеи, принявшись растаскивать по комнатам.
- Как же я тебе завидую, - простонала Мартэла, с которой мы оказались в одном помещении. – Вот это женщина! Она тебя многому научит.
Не успела я поразмыслить, о чем она, как нас растащили по разным концам комнаты и поставили на низкие продолговатые табуреточки. Посреди комнаты с шорохом раздвинули ширму и началась кутерьма. Меня ухитрялись одновременно раздевать, измерять и протирать душистым полотенцем. Невидимая Мартэла довольно пищала за загородкой, словно ее щекотали.
Нахальные горничные позарились на все, кроме моих панталон и лифа, затормозили на отсутствии нижней сорочки, даже обошли меня пару раз, не веря глазам. А затем натянули нечто воздушно-тонкое, с блестящими кружавчиками на груди.
- Нижнее платье, - благожелательно пропела румяная горничная, командующая остальными. – А теперь корсет. И немного затянем.
И ка-а-ак затянули вдвоем, чуть не разрезав меня пополам.
Не кричала я только потому, что от неожиданности никак не могла как следует вдохнуть. Лишь хватала воздух и пучила глаза.
- Ах, какая тоненькая у леди талия! – пропела старшая служанка. – Зря вы ее раньше не подчеркивали.
Какая к бесам талия? Да я всего пару дней как перестала раздумывать, где именно, выше-ниже поясок повязать.
- Мерки готовы, - сказала одна из швей, - делайте леди прическу, а мы пока наряд перешьем. Принцесса велела подобрать платье, чтобы подошло под цвет волос, но золотистое – только одно, помните, Ее Высочество еще сказала, что слишком броское и она такое не наденет.
А и действительно, почему бы на меня не натянуть наряд, которым побрезговала стильная принцесса… Я вздохнула, но протестовать не стала. В конце концов, какая разница в чем покажусь на обеде, главное – в чистом и новом.
Меня спустили с приступочки, чтобы усадить на стул. И работа снова закипела. Лицо пудрили, брови подрисовывали, волосы распускали.
- Какой интересный оттенок, - пробормотала старшая горничная. – Может быть волосы не закалывать? Вся же красота в прядях… Девочки, принесите большое зеркало, чтобы леди лучше себя видела.
Что-то я совсем перестала ее понимать, скорее всего из-за нехватки кислорода. Корсет заставлял дышать чаще, словно я нежная и вечно взволнованная дэса-цветочек.
Едва скрыв снисходительную усмешку, я лениво посмотрела в появившееся передо мной зеркало. И… замерла.
Кто это?
Я?
Лицо выглядело тоньше, похудевшие щеки подчеркнули скулы. Корсет не только «нашел» мою талию, но и в целом добавил мне изящества. Не то, чтобы я превратилась в худышку, нет, но и прежний веселый хомяк внезапно исчез, уступив место невесть откуда взявшемуся лебедю.
Больше всего меня поразили волосы, еще сегодня утром отчетливо, откровенно и непререкаемо желтые. Сейчас они отдавали в темное золото, а на кончиках, так и вовсе блестели глянцевым тоном, словно побывали в жидком металле.
Катя, это точно ты?!
- Завьем локонами и такая красота будет – глаз не отвести, - продолжала щебетать румяная мастерица, пальцами приподнимая мои пряди. – Никогда такой красоты не видела. Зря вы, благородная дэса, их узлом скручиваете…
Хм. Меня цыплячий цвет раздражал, поэтому скрутила туго, спрятала как могла.
- А теперь платье, платье… - защебетали швеи, пытаясь перехватить мое внимание. – Времени совсем нет, нужно примерить платье.
