У порога стояла пара танхэ, Йонг зацепила их в последний момент и отворила скрипучую дверь – в глаза ударил слепящий белый свет, и только потом в резких солнечных лучах проявились очертания вещей. Двор был обнесён старым забором и пустовал: бедная земля, покрытая редким слоем пожухлой травы, осколки разбитой посуды и ржавый серп у крыльца. Только посередине двора стоял столик на низких ножках, да слева была пристройка – навес с соломенной крышей, под которым стояли большие глиняные сосуды с водой.
Вонбин выбежал к Йонг в тот момент, когда она шла к навесу с кувшинами, чтобы умыться. Ноги плохо её слушались, тело вело из стороны в сторону, и колючий холод мешал двигаться. Вонбин бросился ей на помощь и помог дойти до навеса.
– Вам лучше лежать, пока совсем не поправитесь, – говорил он, в словах проскальзывали знакомые Йонг интонации – так мог возразить Нагиль, но не Вонбин.
Она умылась ледяной водой, поморщилась, когда пальцы свело и холод пробрал до костей на неприветливом ветру, задувающем из подлеска за забором.
– Сколько я спала? – спросила Йонг. Вонбин усадил её за столик и беспокойно топтался рядом.
– Два дня, кажется. Капитан принёс вас вчерашним утром, сказал, вы простудились в дороге.
Йонг осмотрела выглядывающие из-за крыши дома вершины лип с редкими ярко-зелёными листьями, оглянулась через плечо. Всё, что их окружало, это уже привычный глазу лес с полуголыми деревьями и бело-серые шапки гор, затянутые дырявыми облаками. Понять, какое время суток, было практически невозможно. Знать бы вообще, какой сезон сейчас окутывает Корейский полуостров в этом мире.
– Дня три прошло, – прикинула Йонг, вспоминая мутные сновидения о переходе в горах и полёте. Что из этого было сном, а что – правдой?
– Все уже собрались, – продолжил Вонбин. – Капитан отлучился, мы ожидаем их к полудню.
– Их?
– Его и Лан. Они спустились в долину, но скоро вернутся. Здесь вам ничто не угрожает, юджон-ёнг.
Знать бы ещё, где это – здесь…
Вонбин принёс Йонг миску с кашей и глиняную кружку с водой. Она не хотела есть, хотя желудок, похоже, прилип к позвоночнику. Йонг поморщилась, взяла миску двумя руками. В ячменной каше плавали грибы и порубленный корень женьшеня. На вкус – как сопли с землёй, грибы скрипели на зубах, и Йонг с трудом проглотила всё, лишь бы не чувствовать подступающей к горлу тошноты. Это от голода.
Какой бы едой её здесь ни кормили, травить, кажется, никто не собирался, так что даже отвратительная каша была просто делом привычки и вкусовых предпочтений.
– Так где же мы? – спросила Йонг, отодвигая миску. – В очередном горном лагере?
– Не совсем, – замялся Вонбин, всё это время простоявший рядом, как часовой у врат Кёнбоккуна[46] в дни демонстрационного караула. – Чунсок попросил вас спуститься в деревню, госпожа, но вы можете остаться, если…
– Нет, – перебила его Йонг. Лицо Вонбина вытянулось от удивления. – Нет, пойдём. Кто мы, чтобы спорить с
Вонбин фыркнул и тут же закашлялся.
Они вышли со двора и спустились по каменистой тропе в низину, прошли мимо старых разрушенных домов, похожих на тот, в котором Йонг проснулась. То тут, то там ей на глаза попадались следы чужой жизни – глиняные черепки, рукоятка от топора рядом с деревом, сам топор, ржавый и расколотый, у каменного идола с испорченной головой. Это место выдавливало из себя прошлое, как живое, не давало старому быту остаться в недрах своей земли. Йонг решила, что её спрятали в заброшенной деревне. Удобное место для той, кого в этом мире быть не должно, – она могла оставаться здесь призраком наравне с духами, не покинувшими свои старые жилища.
Но Вонбин привёл к живым.
В низине были люди – драконье войско занималось хозяйством: кто-то вычёсывал усталых лошадей, кто-то таскал воду в низкие, прижатые друг к другу, словно испуганные дети, дома, Дочери проверяли оружие и точили ножи. Поверх шума из многослойных разговоров о погоде, японцах и ужине Йонг расслышала голос Чунсока – тот стоял в дверях самого большого дома и призывал всех к тишине.
– Есть новости от капитана!
Вонбин, оглянувшись на Йонг, кивнул и подошёл поближе. Йонг проследовала за ним.
– Как вы все знаете, – заговорил Чунсок, – некоторое время назад нам пришлось задержаться у Тоннэ. Мы надеялись управиться со всем быстро, но нам помешали.
–
– Дело не только в японцах. – Чунсок вскинул руку, и взволновавшаяся толпа нехотя успокоилась. Воин чуть впереди Йонг сплюнул себе под ноги, она попыталась отодвинуться, но её уже теснили стоящие позади люди, и отходить было некуда.
– Сон Йонг? – охнула Ильсу.
Йонг обернулась, заметила ту рядом с растрёпанным мальчишкой из гостевого дома. Он вытягивал шею, пытаясь рассмотреть Чунсока. Ильсу потянулась к Йонг.
