– Да что ты понимаешь, мальчишка? – прорычал Том. – Поживи с мое, узнай жизнь, полюби женщину или двух, вот тогда, быть может, что-нибудь поймешь. Если у тебя хватит ума чему-то научиться. А-а-ах! Тебе хочется знать, почему я в Тар Валоне? А ты почему в Тар Валоне? Помню, как ты дрожал, когда обнаружилось, что милая Морейн – Айз Седай. Всякий раз, как кто-нибудь хотя бы упоминал о Силе, у тебя медвежья болезнь начиналась! Что ты делаешь в Тар Валоне, где повсюду Айз Седай?
– Я ухожу из Тар Валона – вот что я делаю. Ухожу! – Мэт поморщился. Менестрель спас ему жизнь – наверное, больше чем жизнь. Тогда за Мэтом гнался Исчезающий. Потому-то теперь правая нога у Тома и сгибалась плохо. «Авось на судне не будет вина, чтобы он пил не переставая». – Я отправляюсь в Кэймлин, Том. Если тебе по какой-то причине охота рисковать жизнью, почему бы тебе не отправиться со мной?
– В Кэймлин? – задумчиво протянул Том.
– Да, Том, в Кэймлин. По всей вероятности, Элайда рано или поздно вернется туда, тогда и будешь о ней беспокоиться. И насколько я помню, если ты угодишь в руки Моргейз, то пожалеешь, что Элайда ее не опередила.
– Кэймлин… Да, Кэймлин мне по нраву, как перчатка по руке. – Менестрель посмотрел на деревянную тарелку с цыплятами и вздрогнул. – Парень, что ты с ними сделал? Сунул себе в рукав?
От трех птиц остались кости да шеи с редкими мясными жилками.
– Иногда меня одолевает голод, – пробормотал Мэт. Он с трудом удержался, чтобы не облизать пальцы. – Ты идешь со мной или нет?
– Да, парень, я иду с тобой. – Том встал и теперь как будто покачивался куда меньше прежнего. – Ты подожди здесь да постарайся не слопать стол, а я пока соберу вещички и кое с кем попрощаюсь. – Менестрель заковылял прочь, ни разу не споткнувшись.
Мэт отпил вина из кружки и ободрал с цыплячьих остовов оставшиеся лохмы мяса, раздумывая, не успеет ли он заказать еще одну порцию, но Том вернулся очень скоро. На спине, рядом со свернутым одеялом, висели в темных кожаных футлярах арфа и флейта. Опирался менестрель на обычный дорожный посох, правда высотой тот был с него. Следом за Томом, слева и справа от него, шагали обе служанки. Мэт решил, что они действительно сестры. Одинаково большие карие глаза смотрели на менестреля снизу вверх с одинаковым выражением. Том направился к двери, кивком позвав за собой Мэта. По дороге Том поцеловал вначале Сааль, затем Маду, потрепал их по щекам. Пока Мэт собрал пожитки и подхватил собственный посох, Том уже вышел на улицу.
Младшая из женщин, Сааль, остановила Мэта на пороге:
– Что бы ты ему ни сказал, пусть даже твои слова позвали его в дорогу, за вино я тебя прощаю. Он буквально ожил, я его таким много недель не видывала.
Сааль что-то вложила в руку юноши. Посмотрев на ладонь, он смущенно захлопал ресницами. Она дала ему серебряную тарвалонскую марку.
– Это за твои слова, те, что ты ему сказал. Кроме того, у тебя красивые глаза, хоть и кормят тебя, прямо сказать, неважнецки. – Она рассмеялась, глядя на оторопевшего Мэта.
Выйдя на улицу, Мэт тоже, хоть и не столь весело, рассмеялся, вертя серебряную монету между пальцами. «Так у меня красивые глаза, да?» Но за порогом гостиницы смех его разом оборвался, будто последняя капля из винной бочки: Том там был, но на булыжной мостовой не было трупа. Света, льющегося из окон таверн дальше по улице, хватало, и никаких сомнений у Мэта не оставалось. Городская стража не убрала бы мертвеца, не начав задавать вопросы во всех близлежащих тавернах, и в «Женщине из Танчико» в том числе.
– Что ты там высматриваешь, парень? – спросил Том. – Троллоки там в тени не прячутся.
– Грабители, – пробормотал Мэт. – Я подумал о грабителях.
– В Тар Валоне, парень, нет ни уличных воришек, ни разбойников. Когда стражники задерживают грабителя, причем, если верить молве, не многие решаются играть здесь в эти игры, так вот, когда стражники задерживают злодея, они волокут его в Башню, и, что бы с ним Айз Седай ни делали, назавтра парень убирается прочь из Тар Валона, с распяленными глазами, как у перепуганной девчонки. Насколько я понимаю, с пойманными воровками обходятся еще жестче. Нет, здесь вряд ли кто отнимет у тебя деньги, разве что кто всучит тебе начищенную бронзу вместо золота. Или кинет в игре обточенные кости. В этом городе грабителей нет.
Мэт повернулся на пятках и зашагал мимо Тома, направляясь в сторону доков. Посох стучал о булыжную мостовую – юноша старался идти быстрее.
– Сядем на первое же отплывающее судно, каким бы оно ни было. На любое, Том.
Палка Тома зачастила вслед за Мэтом.
– Потише, парень. Что за спешка? Тут полно судов, они отчаливают и днем и ночью. Чуть помедленней. Нет здесь никаких грабителей.
– Проклятье, Том, мы сядем на первое же попавшееся судно! Даже если оно идет ко дну!
«Если они не грабители, то кто же? Они должны быть ворами. Кем же еще они могут быть?»
