Касым, несмотря на свой возраст, действительно выглядел очень хорошо. Скорее всего, он очень внимательно следил за своим телом. Из-под полы длинного восточного халата выглядывали крепкие икры. Он сел на пуф, откинул нижнюю часть одежды. И теперь было видно, что под халатом на мужчине были только белые спортивные шорты.
— Бей меня так назвал. Мы теперь все его пупсы, — он сцепил на голом торсе мускулистые руки. — И отдал приказ всем в одночасье пожирнеть. В общем, я в опале. Все и так жирные.
— Понятно, значит, мы теперь ещё и в опале у бея. Весело же нам. Чего хочет бей? — Лиана посмотрела на девушек, которые закончили свою работу и ждали, когда им разрешат удалиться. — Красиво? — Лиана поднялась, подошла к мужу. Теперь произведение искусства было прямо напротив его губ.
Касым облизнулся. Улыбнулся. И протянул было руку, как супруга вильнула подтянутой попой, накинула на обнажённое тело пеньюар, поданный одной из карлиц, и отошла на безопасное расстояние.
— Касым, за какие твои достоинства я должна тебе позволить прикоснуться к моей жемчужине? — и женщина рассмеялась, обнажая ровные перламутровые зубы. — Вы свободны. Нечего слушать, как муж с женой отношения выясняют. Вечеринка не отменяется. Не забудьте украсить свои причёски. — Она бросила лукавый взгляд на мужа. По нему было видно, что он ждёт не дождётся, когда же они останутся вдвоём.
Карлицы ушли.
Касым встал, подошёл к супруге, обнял её со спины. Языком погладил ушную раковину.
— Касым, хватит, я не простила тебя. Ты бросил меня посреди ночи только потому, что тебя позвал бей.
Она из великанов, он из полулюдей. Она поцеловала его в лоб. Провела языком по бровям. Она высокая. Слишком высокая даже для него. Он сжимал руками её талию, а сам вылизывал ей шею. Потом пососал подбородок, как младенец, который ищет грудь.
— Ты развратная женщина, — удовлетворённо прошептал, когда увидел, как супруга, покрывая его тело поцелуями, снимает с него восточный халат, опускается перед ним на колени. — Ты самая развратная, — выдыхал он, предвкушая сладостный миг. Миг, о котором мечтал с того самого момента, когда покинул супружеское ложе.
Оргии с десятками самых красивых женщин края, оргии, от которых он не мог отказаться, потому что так приказал бей, не могли сравниться с губами его супруги.
Лиана тянула миг. Она обхватила руками его ягодицы, раздвигая их, дразня грудями его пенис.
Кончик, чувствительный, словно обнажённые нервы, словно тело, с которого снята кожа, капнул нектаром на высунутый язык.
Супруга склонилась, собрала ещё нектар, касаясь его расщелинки самым кончиком языка. Проглотила. Подула в дырочку. Касым закрыл от удовольствия глаза. И вдруг:
— Чёрт, ты что творишь? — острая боль пронзила тело. Она, его дорогая и нежная, отточенными когтями впилась в ягодичные мышцы и пробороздила их, а зубы сомкнулись на нежной коже бедра. Хорошо, что не члена.
Лиана поднялась. Посмотрела сверху вниз на супруга:
— Как что? Тебя недавно кто-то лизал, а я должна долизывать? Иди в чистилище, пупс, — и повернулась спиной.
— Прости, прости меня, но ты же знаешь, бей. Вот, подарок, хотел потом подарить.
На его ладони лежала коробочка. Лиана подошла, открыла. Ожерелье засияло насыщенным синим цветом. Отблески пошли узорами по потолку.
— Откуда? Касым? Ты что, бея в задницу языком кончил?
— Нет, драконы хотят у нас погостить. Ты слышала, что Великий к себе призвал троих избранных. Так через неделю они у нас будут. А сегодня ирбис прибывает.
— Драконы, говоришь. Лучше бы они забыли про нас, эти драконы.
— Что ты такое говоришь? Мы первые, кого они удостоили своим вниманием.
— А Макс чего сюда прётся? — недовольно проговорила Лиана. Она уселась в кресло. Закинула ногу на ногу.
Касым подошёл сзади, оголили плечи супруги и начал их массировать, постепенно подбираясь поближе к груди.
— Макс приедет проследить, что мы подготовили всё как следует, отобрали девушек для услады. У нас теперь отбоя от гостей не будет. А сколько зависти, сколько зависти. И почему так нам повезло? — и он довольно улыбнулся. — Лиана, я надеюсь, что взгляд драконов не падёт на тебя, — и Касым озабоченно заглянул в глаза супруги. — Пойдём, я сделаю всё, что ты пожелаешь! Зачем тебе девичник? Успеешь потанцевать и потрещать. Я сегодня хочу тебя. Ты же знаешь, я лучше тебя знаю все твои желания. О, родная, твой напиток уже готов, — и он поднёс к губам пальцы, на которых блестела жидкость.
— Погоди, удостоились… Знал бы ты, чего мы удостоились. Макс у нас спрятал трофей Алекса.
Мужчина выпрямился:
— Ты шутишь? Тот самый трофей, который ищут по всей стране? Мы должны предупредить Алекса. Ты же знаешь, чем грозит укрывательство…
— Когда, ты говоришь, Макс прибывает? Ирбис пообещал нам неприятности, если мы… В общем, Зара приняла девушку, не спросив у меня разрешения. Нам велено молчать. Молчи и ты. Ирбис ближе к бескрылому, чем мы с тобой.
Настроение у Касыма упало. Он считал, что его долг предупредить Алекса, а Лиана — что следует молчать. Супруги ругались так, что казалось, они швыряли друг в друга комья грязи. О любви можно было забыть.
