Алияс, без сомнений, знал, как вести хозяйство, и мог бы замечательно управляться с пещерами. По крайней мере, вылизать свой уголок ему удалось настолько хорошо, что, несмотря на давящие стены, Шайс чувствовал себя здесь более чем уютно.
Эльф понимал его и разговаривать с ним было интересно. Он был достойным оппонентом и прекрасно разбирался в самых разных вещах. Новая история ничем не ограничивала эльфа в познаниях культуры Вечных. Этим он вызывал уважение и —совсем немного — восхищение.
Со всех сторон эльф являлся, пожалуй, идеальным спутником, решись Шайс завести такового здесь и сейчас. Конечно, он был невероятно далёк от таких важных решений, и всё же… почему Алияс не стал его парой?
— Жаркое выше всяких похвал. — Сегодня захотелось по достоинству оценить стряпню Алияса. Несправедливо, что такие умения пропадают в духами забытой дыре.
— Спасибо, — искренне отозвался тот, мягко улыбнувшись и бросив на дракона неожиданно робкий, по-юношески робкий взгляд. Шайс потупился.
— Духи, — проскрипел он вдруг и, схватившись за бок, застонал.
— Что? — разом встрепенулся Алияс. — Где болит?
— Нормально. Просто пора прилечь.
— Давай помогу, — настоял тот, и Шайс не противился, позволяя светлому тесно прижаться к его телу. На правах раненного в хижине он обходился штанами.
— Я бы выпил твоего отвара. Того, что сладкий.
— Сейчас. — Алияс уже спешил обратно к печи, незамедлительно откликнувшейся на веление хозяина.
Шайс бы ни за что в жизни не догадался, что, помимо жуткого волнения за его здоровье, Алияс невероятно расстроился, не ощутив боли Пары. Раньше он чувствовал Шайса словно собственную руку, сердце, бьющееся в груди. И вот, когда любимый испытывал боль, в груди ничего не дрогнуло, даже не пошевелилось.
А Шайс? Шайс спокойно устроился на довольно удобной лежанке, продолжая исподволь наблюдать за уютной суетой. Покидать пределы утёса он пока не намеревался.
========== Любовник ==========
Шайса даже удивляло, что прошла уже не одна неделя, а никто из семьи так и не явился его проведать, поэтому к тому моменту, когда на пороге возникла Осана, дракон считал вправе демонстрировать недовольную мину и полный негодования взгляд.
— Шайс, прекрати, — не выдержала наконец сестра, устав слышать односложные ответы.
— Что прекратить?
— Смотреть на меня так, словно я предала память предков и заслуживаю казни.
— Казнь это уже слишком, но пару сотен лет в подземельях…
— Ты невыносим!
— Отличный аргумент, сестрёнка. Наверное, тебе пора.
— Шайс, ты в самом деле хочешь, чтобы я ушла? — в неверии та приложила руку к груди и вытаращилась на наглую ящерицу, с которой когда-то, по собственной глупости, сдувала пылинки.
— Почему бы и нет. Вы ведь прекрасно без меня обходились всё это время.
— Ничего подобного, — яростно покачала головой Осана. — Я сразу хотела отправиться сюда, но мать не позволила, заявив, что я буду только мешать твоему выздоровлению.
Взгляд жёлтых глаз с интересом скользнул на сестру, оставив любование стеной.
— Она сказала, что этот эльф, Алияс, прекрасный врачеватель и никому не удастся поставить тебя на ноги быстрее, чем ему. Поверь, все мы, Эриб и Янгус требовали, чтобы тебя перевезли домой и помощь была оказана квалифицированными целителями-драконами, а не каким-то эльфом, — с отвращением выплюнула драконица последнее слово, словно жука, случайно залетевшего в рот, пока она говорила.
— Алияс прекрасно справляется, — отчего-то решил вступиться Шайс, хотя и понимал, что если бы эльф не был ему симпатичен и он лично не убедился в действенности его методов, ни за что бы не поверил, что у ушастого руки растут из нужного места.
— Вижу, что ты в порядке, — почти с досадой фыркнула сестра, словно, если бы это было не так, она смогла бы доказать матери, что та была не права и никто бы не позаботился о младшем брате лучше, чем она сама. — И раз уж ты себя хорошо чувствуешь, возвращайся в пещеры. Как ты вообще выдерживаешь в этой тишине? Слышала, ты даже друзей отослал восвояси.
Спорить с Осаной было трудно — Шайс действительно чувствовал себя отлично, вот только… на ум пришёл вчерашний вечер.
Алияс, как обычно, наводил бесконечные порядки, успевая при этом шутливо пререкаться с драконом. Они дошли до того, что Шайсу пришлось доказывать, что он не бесполезное существо и прекрасно осведомлён о назначении тряпки.
Стоять, оттопырив тыл к эльфу было не самым приличным поведением, поэтому, скрипя зубами и проклиная свой длинный язык, он встал на колени и взял в руку истрёпанный темно-серый кусок материи. Затем опустил его в ведро, так, как это делал Алияс, позволявший наблюдать за собой бесчисленное множество раз, вынул пропитавшийся ком и плюхнул на деревянные полы.
Вода тут же растеклась лужей, намочив штаны и заставив Шайса смачно выругаться.
Алияс смеялся, захлёбываясь, согнувшись в три погибели и обнимая живот. Посмей кто-нибудь заливаться на его счёт самым бесстыдным образом, как это смел делать ушастый, у кого-то бы уже не хватало зуба или глаза. Но… ударить эльфа казалось… немыслимым.
