В середине дня их, по обычаю, ждал непродолжительный отдых, во время которого Правитель и секретарь обедали, и делали они это по отдельности, удаляясь каждый в свою пещеру, отведённую для небольшой трапезы. Но сегодня Фиор не стал собирать со стола бумаги, торопясь на обед, а направился прямо к трону, захватив с собой свиток и перо.
Шайсу хватило взгляда, чтобы понять, чего хочет от него драко. Он взял из рук Фиора пергамент и пробежал глазами одну-единственную строчку:
«У вас есть план действий?»
Правитель кивнул. Тогда Фиор жестом попросил вернуть пергамент и принялся наскоро строчить пером. Ещё минута и дракон смог прочитать следующее:
«Мне не безразлична судьба Иниса Ивриса и я хочу помочь разорвать путы лжи вокруг достопочтенного Жреца. Если я могу чем-нибудь помочь, я готов.»
Шайс окинул Фиора долгим взглядом, словно оценивая, стоит ли ему доверять, и всё же кивнул. Взял из рук драко перо и принялся писать ответ.
«На заходе солнца», — гласила короткая фраза.
Уже вечером Правитель посвятит его в свой план, — немедленно понял драко и больше не стал задерживаться у трона, у него было ещё немного времени собраться с мыслями и задать нужные вопросы.
Решение помочь Инису Иврису не потребовало от Фиора долгих раздумий. Вот только, как следует поступить? Драко терялся в догадках.
При мыслях о хитрости подлого Борея у Фиора возникало всё больше вопросов, требующих ответа.
Ночь, проведённая за обсуждением давно минувших событий, уже не казалась такой долгой. Несомненно, Фиору следовало узнать о каждой мелочи, чтобы не допустить оплошность и не подвести бывшего регент-правителя.
К примеру, Фиор не до конца понимал, какие цели преследует Борей. Если, убивая Шайса, он желал обрести власть с помощью переворота или другой низости, то почему не осуществил задуманное?
Шайс говорил, что элементаль испытывает страсть к эльфу. Поразмышляв об этом Фиор, пожалуй, мог бы согласиться.
В последнее время Инис Иврис выходил в свет исключительно со своим кавалером, однако, насколько драко знал, пара держалась безупречно. Впрочем, кто знает, что происходит между двумя за закрытыми дверями.
Были и другие мысли, родившиеся в неглупой голове, пока Фиор со свойственной педантичностью заполнял аккуратным почерком секции в Учётной книге посетителей, коротая утро за слушанием прошений.
Насколько сильна связь в Паре?
Пара…
Эта мысль часто посещала Фиора, как и любое живое существо. Встретить свою вторую половину мечтал каждый, носящий крепкую чешую или жалкий рисунок оной на скулах и лбу. Фиор был уверен, что, несмотря на то, что открыто о своих желаниях говорили, как правило, драко, драконам были не чужды те же мечты и чаянья, что и младшему племени.
Будучи помоложе, Фиор и сам уделял этим праздным размышлениям некоторую долю внимания, но время шло и амбиции выгнали из головы ветер, позволяя драко приложить все усилия для того, чтобы добиться небывалых высот — оказаться по правую руку от Регент-правителя немалого стоит.
От встречи с Жадаром Фиора тут же разобрали противоречивые чувства. С одной стороны, по нервам ударило отчётливое неприятие драконьей физиономии, успевшей немного досадить организованному до мозга костей секретарю. С другой стороны, секретарь испытал слабый прилив вдохновения и возбуждения, свойственный существам в момент неожиданно сбывшейся надежды, которая давно утратила статус заветного желания, но всё же была связана с приятными воспоминаниями и временем беспечной молодости.
Впрочем, вышколенный дисциплиной и предельной собранностью характер позволил удержать голову на плечах. Добавить к этому неожиданное потрясение от раскрытой перед драко тайны, и можно вполне уверенно утверждать, что Фиор без труда сохранил здравомыслие, даже оказавшись «на пороге счастья» — так называли драко момент встречи с собственной Парой, если та оказывалась драконом.
Его случай обретения Пары казался и вовсе несуразностью, учитывая, что дракона он успел порядком невзлюбить, а вот по настоящему дорогое сердцу существо оказалось в порядочной переделке, из которой было сложно выпутаться, если не невозможно. По крайней мере, без посторонней помощи.
Предлагая свои услуги дракону, Фиор чётко отдавал себе отчёт, на что идёт и почему. И всё же странная история любви — если это слово вообще применимо в сложившихся обстоятельствах, — вторая история любви Шайса и Иниса Ивриса выглядела чересчур запутанной… почти мистической.
Со слов Шайса, Инис Иврис с детства оказывал ему и его семье всевозможные знаки внимания. Этому было несложно поверить. Фиор и сам помнил, как снисходителен был регент-правитель с бедокуром, что бы тот ни учудил на необъятных просторах Нагорья. Но Шайс такому вниманию оказался не рад и оттолкнул свою Пару.
Возможно ли такое вообще? Провести со своей Парой столько времени и не почувствовать ничего?
Сам дракон ссылался на магию или юный возраст. Ответить однозначно он не мог, Фиор это ясно видел. Но стоило Чёрному достичь совершеннолетия, как его с неумолимой силой потащило обратно в родные места.
