— Обратно, в Срединное царство, к этим людям, которые меня совсем не любят! — Бэйн схватил ее за руку. — А я хочу остаться с тобой! С тобой и с папой!
— Да-да… — прошептала Иридаль. Она притянула Бэйна к себе и поцеловала его в лоб. — Да… Семья… Как я мечтала… Быть может, еще не поздно. Мне его не спасти, но, быть может, его сыну это удастся? Он не сможет пренебречь такой невинной любовью, предать такое доверие. Эта ручонка, — она поцеловала руку Бэйна, омывая ее слезами, — эта ручонка может вывести его из тьмы, в которой он бродит!
Бэйн ничего не понял. Ему было безразлично, где свет, где тьма. Главное — добиться, чтобы люди делали то, что хочется ему.
— Поговори с папой, — сказал он, высвобождаясь из ее объятий. Пожалуй, все эти ласки и поцелуи — не такая уж приятная вещь!
— Да, я завтра поговорю с ним.
— Спасибо, мама, — Бэйн зевнул.
— Тебе пора спать, — сказала Иридаль, вставая — Спокойной ночи, сынок — Она укутала его одеялом и, наклонившись, поцеловала в щеку. — Спокойной ночи.
Волшебное сияние угасло. Иридаль воздела руки, закрыла глаза, сосредоточилась — и исчезла.
Бэйн улыбнулся в темноту. Он понятия не имел, что именно может сделать его мать, — он судил по королеве Анне, которая обычно добивалась от Стефана всего, чего хотела.
Ну а если это не поможет, у него есть другой план. Правда, для того чтобы его выполнить, придется пожертвовать кое-какими бесценными сведениями… Нет, он, конечно, будет осторожен — но отец умный, он может догадаться, и тогда все пропало. Ну ничего, кто не рискует — тот не выигрывает.
К тому же, может, еще и не придется. Никуда его не отошлют. Мама об этом позаботится.
И Бэйн весело спихнул с себя одеяло.
Наутро Иридаль вошла в кабинет мужа. Ее сын был с Синистрадом. Они сидели за столом, изучая чертежи Бэйна. Пес, лежавший у ног Бэйна, завидев ее, поднял голову и забил хвостом по полу.
Иридаль на миг застыла на пороге. Казалось, все ее мечты исполнялись. Любящий отец, послушный сын; Синистрад, терпеливо занимающийся с мальчиком, рассматривая картинки, которые мальчик рисовал с такой умилительной серьезностью. Сейчас, увидев рядом две головы — безволосую, в черной шапочке, и златокудрую, услышав бормотанье двух голосов — мужского и мальчишеского, увлеченно обсуждающих что-то — видимо, какую-то детскую выдумку Бэйна, Иридаль простила Синистраду все. Она готова была забыть о годах ужаса и страданий, если только Синистрад позволит ей сделать это.
Иридаль боязливо шагнула вперед — она уже много лет не смела входить в это святилище — и попыталась заговорить, но голос отказался повиноваться ей. Она кашлянула. Отец с сыном обернулись. Сын одарил ее ослепительной улыбкой. Синистрад нахмурился.
— Жена? Что вам надо?
Радужные фантазии Иридаль начали таять, развеянные этим ледяным голосом и пронзительным взглядом.
— Доброе утро, мама, — сказал Бэйн. — Хочешь посмотреть на мои чертежи? Я их сам делал!
— Если я не помешаю… — Иридаль робко посмотрела на Синистрада.
— Ну, входите, что ли, — неохотно сказал он.
— Какой ты молодец, Бэйн! — сказала Иридаль, взяв несколько чертежей и повернув их к свету.
— Я сделал их с помощью магии, как папа научил! Я думал о том, что хочу нарисовать, и рука сама все делала. Я очень быстро учусь магии, — говорил мальчик с очаровательной улыбкой. — Вы с папой можете заниматься со мной, когда у вас будет свободное время. Я не буду мешать…
Синистрад откинулся на спинку кресла. Его муаровые одежды шелестели, словно крылья летучей мыши. Его губы раздвинулись в холодной улыбке, которая разогнала остатки мечтаний Иридаль. Она охотно сбежала бы в свою комнату, но Бэйн глядел на нее с надеждой, безмолвно умоляя продолжать. Пес положил голову на лапы и внимательно смотрел на всех говорящих.
— А… а что это за чертежи? — выдавила Иридаль. — Это та большая машина?
— Да. Смотри, вот это та часть, которую они называют «Внутро». Папа говорит, что это то место, где родилась Кикси-винси. А вот эта часть пробуждает огромную силу, которая может взять все острова…
— Довольно, Бэйн, — перебил его Синистрад. — Не мешай маме занимать… гостей.
Он нарочно сделал паузу перед словом «гостей» и так посмотрел на Иридаль, что она вспыхнула и смутилась.
— Я полагаю, — продолжал Синистрад, — что вы, сударыня, явились сюда не случайно. Быть может, вы просто пришли убедиться в том, что я занят и никто не помешает вам весело проводить время с этим красивым наемным убийцей…
— Да как вы… Что? Что вы сказали? У Иридаль затряслись руки. Она поспешно положила чертежи на место.
— Как, дорогая, вы не знали? Один из наших гостей — профессиональный убийца. Хуго Длань, как он себя называет, — Кровавая Длань, сказал бы я. Да, ваш отважный рыцарь подрядился убить нашего сына. — Синистрад взъерошил золотистые волосы Бэйна. — Если бы не я, сударыня, ваш мальчик никогда не вернулся бы домой. Мне удалось разрушить замыслы Хуго…
— Я вам не верю! Это невозможно!
