К назначенному часу, одетый в свой лучший костюм, заказанный у королевского портного в первый же день пребывания в Свободном Королевстве – Изабелла настояла, сам бы он не додумался – и как раз накануне законченный, с кортиком у бедра, но без разрядника – таковы были прописанные в приглашении кондиции, – Эдуард вступил под своды парадного зала. Ее Величества еще не было, а вот гости, как видно, предпочли явиться заблаговременно – в просторном помещении было тесновато, и если бы не проходы, раскрытые в боковых стенах – в прошлый раз он их не углядел, – выводящие на широкие галереи, южную и северную, меж пышных юбок дам и широких плеч кавалеров, вероятно, пришлось бы буквально протискиваться.
– Вино, милорд? – стюард с полным подносом бокалов вырос перед Эдуардом.
Барон бросил скептический взгляд на угощение:
– Что за вино?
– Красное и белое, милорд, – сообщил слуга то, что Эдуард и сам прекрасно мог видеть.
– Исчерпывающая характеристика, – хмыкнул лейтенант. – А эля у вас, любезнейший, часом не найдется?
– К сожалению, нет, милорд, – покачал головой стюард. – Но в конце вечера будет подан горячий глинтвейн…
– Горячий? – поморщился Эдуард. Погоды стояли жаркие, а в зале так и вовсе царила жуткая духота – то ли еще будет? – Ладно, давайте ваше вино… – Он взял с подноса первый попавшийся бокал – оказалось, с красным, – и слуга, поклонившись, исчез.
Вопреки ожиданиям вино оказалось не таким уж плохим – конечно, не ругское, но и не та дрянь, коей потчевали клиентов в городских кабаках. Сделав пару аккуратных глотков, лейтенант незаметно оглядел зал. Большинство присутствующих было ему незнакомо, но некоторых из гостей барон узнал – сэра Вальтера, конечно же, сэра Арнольда, графа Осор – до появления в Свободном Королевстве Эдуарда, единственного лейтенанта местной армии – была еще парочка вроде бы знакомых лиц, но имен их обладателей он или не знал, или не помнил. Возле каждого рыцаря увивались одна-две юных красавицы – судя по золотым значкам в виде литеры «И», приколотым на лазоревых бантах на левой стороне корсажа – Изабеллины фрейлины. Лишены подобного эскорта были лишь немногие кавалеры, один из которых – высокий юноша лет восемнадцати с красивым открытым лицом – как раз и направлялся сейчас к Эдуарду.
– Сэр Эдуард, – поклонился он, подойдя.
– К вашим услугам, милорд, – ответил на приветствие лейтенант. – С кем имею честь?
– Некоторым образом мы знакомы, милорд, – улыбнулся юноша. – Меня зовут сэр Андрей, это я встретил вас на рубеже Свободного Королевства.
– Ах да, конечно, – кивнул Эдуард, силясь припомнить, где еще мог недавно слышать это имя – впрочем, не преуспел в этом. О чем беседовать с любезным юношей, он также совершенно не представлял, однако тот сам не позволил паузе затянуться сверх допустимого приличием.
– Позвольте поинтересоваться, милорд, какое впечатление произвела на вас наша армия? – задал вопрос сэр Андрей. – Всегда интересно узнать мнение со стороны – но, как вы понимаете, с этим у нас здесь туго.
– Едва ли я смогу исчерпывающе ответить на ваш вопрос, милорд, – стараясь быть осторожным в формулировках, проговорил Эдуард. – Все, что мне довелось пока видеть, – это ваш пограничный дозор и порученное моим заботам иррегулярное конруа. Дозор вел себя вполне профессионально, – в общем и целом это так и было. – Что до моих полукрестьян… Их уровень подготовки, мягко скажем, далек от идеала. Тут еще работать и работать.
– Да, иррегулярные конруа – это наша беда, – согласился юноша. – Но, как я слышал, за эти две недели вы здорово поднатаскали своих подчиненных?
– Боюсь даже представить, милорд, что и от кого вы могли слышать, – усмехнулся лейтенант. – Мы еще в самом начале пути. И месяца, отпущенного нам на все, до обидного мало. Будь их у меня хотя бы три-четыре – по завершении конруа не стыдно было представить хоть самой герцогине Руг, которой мне выпала честь служить в Старом Королевстве. А покойная леди Анна знала толк в искусстве рыцарства.
– И тем не менее, милорд, вы обещали этим крестьянам, что переведете их конруа в число регулярных? – раздалось внезапно откуда-то справа. Эдуард повернул голову: к их с сэром Андреем беседе незвано присоединился сэр Арнольд. – Вечер добрый, барон, – все же снизошел тот до запоздалого формального приветствия.
– Вечер добрый, граф, – в тон ему ответил он, не став величать собеседника Сиятельством – будучи с тем в равном чине – оба лейтенанты, – имел на это полное право. Ну или, по крайней мере, ощущал таковое за собой.
– Так что насчет этого вашего опрометчивого обещания? – задал вопрос сэр Арнольд. – Или вы дали его лишь для красного словца, силясь как-то мотивировать этот крестьянский сброд?
– Вот уж не стал бы именовать сбродом королевских рыцарей, милорд, – покачал головой Эдуард. – Вовсе не их вина, что их дурно учили. Что же до своего обещания – опрометчивого, как вы его изволили назвать, – то отнюдь не намерен от него отказываться. Лучшие бойцы должны служить в регулярных конруа.
– И кто же, позвольте спросить, дал вам право это решать, милорд? – прищурился сэр Арнольд.
