– Я не боюсь, миледи, – проговорила девочка, приближаясь к круглому столу. – Простите, миледи, а это – тот самый рубин, да? – спросила она вдруг.
– Смотря что ты имеешь в виду под словами «тот самый», – пожала плечами графиня, указывая девочке на кресло.
– Ну, тот, что когда-то был на посохе Обер-камергера? А до того у Карла Ратоборца и Антона Первого? – пояснила гостья, усаживаясь. Несмотря на спокойный тон, было видно, что она сильно волнуется – даже дрожит вся, – наверное, потому и заговорила о первом, что попалось на глаза.
– Вероятно, так и есть, – подтвердила Александра. Сама она никогда не ощущала внутренней уверенности, общаясь с детьми – Ее юное Величество – лучший тому пример, – а потому охотно поддержала этот ничего не значащий разговор. – Последнее из сохранившихся королевских сокровищ. Его нашли под завалом во время реконструкции дворца. Вероятно, Обер-камергер обронил камень, когда бежал из Столицы.
– Здо
– Мне сказали, ты назвалась баронессой Кольской? – графиня решила, что пора переходить к делу.
– Леди Изабелла, баронесса Кольская – к вашим услугам, миледи, – склонила голову гостья.
– Выходит, ты дочь сэра Павла Кольского? – уточнила Александра.
– Нет, миледи, я его вдова.
– Что? – не сразу поняла услышанное графиня.
Запустив руку за пазуху колета, девочка извлекла оттуда смятую бумагу.
– Вот, миледи, – протянула она ее Александре.
Разгладив лист на столе, графиня изучила документ – это в самом деле было свидетельство о браке между всадником Павлом и девицей Изабеллой, составленное где-то в Заокраинных Провинциях – местное название планеты ничего Александре не говорило.
– Тут не сказано, что этот Павел – из рода Кольских, – заметила она, поднимая глаза от бумаги.
– Ну, он же не мог раскрыться во Владычьих мирах, миледи, – словно нерадивой школьнице, принялась объяснять ей девочка. – Но теперь у меня еще и его «седло» – это ли не лучшее доказательство?
– Сколько тебе лет, Изабелла? – спросила Александра. – Двенадцать? Тринадцать?
– Одиннадцать, миледи. Полукровки часто выглядят немного старше своих истинных лет.
Всего одиннадцать? Свое «седло» Александра получила только в двенадцать…
– Одиннадцать… – повторила она вслух. – Сомневаюсь, чтобы этот брак мог быть должным образом консумирован…
Девочка покраснела – густо и стремительно.
– Он… был, миледи… – выговорила она, запинаясь. – Ну, почти…
– «Почти» в данном случае не работает, – сказала графиня – быть может, излишне резко, чем лишь окончательно смутила собеседницу, но подобрать для разговора нужный тон никак не получалось. – Впрочем, дело даже не в этом. Вступив в Орден, сэр Павел отказался от своих прав на родовой титул. После гибели отца и брата он сделался лишь его хранителем, но не носителем. Будь ты его законной дочерью, титул перешел бы к тебе. Роди ты в браке с ним ребенка – баронство унаследовал бы тот, а ты удостоилась бы титула учтивости баронессы-матери. Но об этом, как я понимаю, речь не идет?
– Нет, миледи, – понуро глядя в стол, пробормотала девочка.
– Не расстраивайся, Изабелла, – решила Александра все же утешить опечаленную гостью. – Точнее, правильно так: не расстраивайтесь, леди Изабелла! Сейчас такое время, что выслужить титул верной службой не является чем-то невозможным. Вы ведь за этим и прибыли в Столицу – для службы Ее Величеству, не так ли?
– Так, миледи, – кивнула девочка своей длинной челкой. – А когда я смогу повидаться с королевой? – неожиданно спросила она.
– Ее Величество не дает аудиенций, – покачала головой графиня.
– Почему? – удивленно вскинула голову Изабелла.
– По множеству причин, – не пожелала вдаваться в подробности Александра. – Например, из соображений безопасности. Вдруг среди допущенных на Верфь окажется шпион Октагона? Вдруг он попытается причинить Ее Величеству вред?
– Я не шпион! – запальчиво заявила девочка, нахмурившись.
– Я этого и не говорила. Но правила едины для всех!
– Мне кажется, она была бы рада меня видеть, – негромко проговорила Изабелла, вновь упирая взгляд в полированную столешницу.
– Возможно… – не стала спорить Александра. В самом деле, не пойдет ли общение со сверстницей на пользу юной королеве, в одиночестве запертой в холодных стенах Верфи? Не послужит ли ей это хоть какой-то отдушиной? Не сейчас, конечно, не сразу, надо будет еще присмотреться к этой Изабелле – одно то, что в Столицу ее прислал сэр Герберт, не может не вызывать подозрений… – Возможно, со временем… – аккуратно проговорила графиня. – А пока, как я понимаю, вам следует немного подучиться пилотажу. Ведь так?
– Капитан, приведший меня сюда, что-то говорил о школе, – подтвердила девочка. – Должна признать, я пока не слишком опытный всадник… то есть рыцарь. Сэр Павел немного учил меня, но мало что успел…
– Кстати, как он погиб? – поинтересовалась Александра.
