- У правителей брак - это прежде всего политика! - твердо заметил король эльфов. - А сейчас, юная леди, извольте оставить нас одних. Я не желаю видеть вас в своем кабинете, и о вашем воспитании мы ещё поговорим с вашими родителями. Я правитель! Вы у меня в гостях, и я имею право на уединение в собственном доме!
- Ты еще об этом пожалеешь! - всхлипнула юная княжна и выскочила прочь, громко хлопнув дверью.
- Серьезная малышка! - усмехнулась графиня. - Не боишься обижать дракона?
- Боюсь, - честно признался эльф. - Наследственность у неё такая, что лучше девочку опасаться, и верить словам. С другой стороны, я надеюсь, что она это когда-нибудь перерастет.
- Зачем? - удивилась графиня, - иногда полезно взглянуть на вещи с другой стороны. Из девочки вырастет прекрасная королева. Я не думаю, что тебе не стоит этого опасаться или переживать. Сейчас у тебя есть уникальная возможность вырастить себе жену, такую, которую ты хочешь сам.
- Драконы никогда не были мягким пластилином, - поморщился Лерри. - Сколько я их знаю, они всегда были довольно агрессивными своенравными ящерами, которые очень бережно хранят своей внутренний мир и жизненный уклад. Я не уверен, что смогу слепить что-нибудь из дракона. Они не приручаются и не дрессируются.
- Ты сейчас говоришь о них, как о животных, - тихо заметила графиня. - Я сомневаюсь, что твой друг думает так же о своей жене. Тебе стоит пересмотреть свои взгляды. И зря ты так обошелся с малышкой. Кто знает, может, со временем ты сильно пожалеешь, что отверг когда-то юное сердце...
Прошло 5 лет.
Лерри ванн Дерт.
Лерри ванн Дерт с няпонятной для него тоской высматривал черноволосую макушку среди бегающих вокруг столов детей. С тех пор, как он сделал выговор Гое, та перестала обращать на него внимание больше, чем того требовал этикет. Она больше не врывалась в комнату, когда он был в гостях у Светы с Мортифором, не напоминала о свадьбе. Девочка вежливо здоровалась, делала книксен и уходила играть со сверстниками, или читала в уголке.
Первый месяц лесному королю нравилось, что от него отстали, но потом его начало терзать чувство вины. Наверно, он тогда переборщил со строгостью. Но и извиняться не было смысла, потому что виноватой была девочка. Лерри думал, что постепенно это у неё пройдет, но шло время, а девочка продолжала придерживаться линии холодного нейтралитета.
Когда Лерри дарил ей на дни рождения подарки, она их вежливо принимала, благодарила и складывала в кучу к горе таких же подарков. Пару раз Лерри пробовал с ней заговаривать, но девочка односложно отвечала, затем извинялась и бежала к остальным.
- Разлюбила она тебя, - хмыкнул как-то Мортифор, наблюдая такую картину. - Вот видишь. А ты боялся!
Только Лерри от этих слов стало как-то горько. Он впервые почувствовал собственное одиночество. Когда его любило такое маленькое создание, он, как ни странно, чувствовал себя "в семье". Вот и сегодня у Гои день рождения, но малышка не обращает на него никакого внимания.
Перехватив поудобнее подарок, Лерри подошел к дочке Мортифора.
- Ваша юная Светлость? - улыбнулся он.
- Ваше величество, - отвлеклась от компании девочка, приседая в реверансе.
- Позвольте вручить вам мой подарок.
- Спасибо! - кивнула девочка, рассматривая куклу. - Очень красивая.
С этими словами она положила её к горе подарков и обернулась к друзьям.
- Ай-да, в сад наперегонки?
Толпа ответила приветственным криком и помчалась прочь из зала.
- И как тебе нравится роль свергнутого кумира? - материализовалась рядом с эльфом Светлана.
- Грустно, - честно признался Лерри.
- Привыкай, - хмыкнула княжна и зачем-то добавила: - Я раньше думала, что длинная жизнь дана, чтобы уметь учиться на своих ошибках.
Прошло 7 лет.
Лерри ванн Дерт.
Лорд Лерри ванн Дерт лениво рассматривал заполненый гостями зал. Сегодня драконы устраивали прием в честь 16-летия их младшей дочери Гои. Сама же девушка обнаружилась в центре зала окружённая стайкой юных поклонников и подружек. Она смеялась, улыбалась и заряжала всех своим оптимизмом.
Лерри с интересом смотрел за юной обольстительницей. Из малышки выросла красивая девушка. Белоснежная кожа, казалось, сияла изнутри. Огромные голубые глаза в обрамлении черных, как смоль, ресниц были настолько живыми и яркими, что от них невозможно было отвести взгляда. Взятые в высокую прическу волосы открывали длинную шею и точеные плечики. Пушное белое платье только сильнее подчеркивали хрупкую фигурку девушки, делая ее какой-то воздушной и неземной.
Бывшая любовница Лерри оказалась права: из девушки выросла поистине удивительная красавица, которая в будущем может стать великолепной королевой. Насколько эльф знал, уже сейчас к Мортифору поступило четыре предложения с просьбой руки и сердца его младшей дочери.
