– И создает ментальные проекции твоих друзей. – Перед Полиной прямо из воздуха появились Анисья с Василисой. Обе они стояли возле плоской каменной лесенки, ведущей к источнику, на легком сыром снегу за ними тянулись цепочки следов.
Девочки засмеялись. Полина застыла от удивления, а Василиса с Анисьей продолжали хихикать.
– Может, вы объясните, что все это значит? – Полина постаралась придать лицу серьезное выражение, но общее веселье перекинулось и на нее. Она высунулась из воды по плечи и уставилась на подружек.
– А, вот ты где! – раздался голос Мити.
Четыре колдуньи разом обернулись и увидели Муромца в сопровождении Севы – друзья как раз проходили мимо источника. Митя указывал на сестру и обращался именно к ней.
– Как ты могла? Я так и знал, что это ты ее стащила. Тебе что, своей мало? Или ты отрастила вторую голову, чтобы вместить туда все свои умные мысли?
Он проник под навес, приблизился к смеющимся подругам и выхватил из рук сестры какой-то предмет, напомнивший Полине скомканную плотную ткань бурого цвета.
– Что это? – спросила Полина, вынырнув еще сильнее и уже начиная ощущать легкий холодок: кожа ее тут же покрылась мурашками.
– А на что похоже? – все еще смеясь, спросила Анисья.
– Воздержусь от ответа в надежде, что вы мне сами все объясните.
– Это шапка-невидимка, – сказала Василиса, в руках у которой был точно такой же темный матерчатый ком.
– Шапка-невидимка? Значит, с ее помощью можно становиться невидимым? И надолго?
– Нет, ненадолго, – ответил Митя, сняв свою шляпу с пером и расстегнув ворот пальто: под навесом у источника было по-настоящему тепло, особенно по сравнению с погодой во всем остальном парке. – У шапок есть определенный, так сказать, заряд. Когда он истекает, становятся видны ноги, затем туловище. Хотя ради шутки можно ходить с невидимой головой.
– Где вы их достали?
– Нам с братом в детстве подарили родители, – начала Анисья.
– И мне Митя как раз одолжил свою. – Василиса покосилась на Муромца и рассмеялась.
– Так, попрошу не врать, – возразил с улыбкой Митя. – Я никому ничего не давал.
– Ладно, – воскликнула Полина. – Тогда, может, Сева даст мне свою шапку, и мы втроем сможем разгуливать с невидимыми головами?
– У меня нет шапки-невидимки, – задумчиво произнес Заиграй-Овражкин, не глядя на Водяную колдунью, словно предмет обсуждения казался ему глупым и бессмысленным.
– Конечно, зачем нам такая мелочь! – съязвил Митя.
Полина покосилась на Стешку и заметила знакомый гипнотизирующий взгляд, прикованный к Севе. Тот почему-то лишь наклонил голову и скромно потупился.
– Ну, ладно. До вечера пусть шапка остается у тебя. – Кивнув Василисе, Митя повернулся к Полине: – Ты снова оккупировала источник?
– Это мой Водяной трон, – ответила Полина, радуясь, что Заиграй-Овражкин, увлеченный игрой в гляделки со Стефани, скорее всего, ее не слышит.
– Что-что?
– Ну-у, Кровь Усадьбы, что, не слышал? – в ответ улыбнулась Полина.
– И мы как раз пришли забрать ее отсюда, – вставила Анисья, протягивая Полине халат. – Пора завтракать!
– Действительно, пора, – согласился Митя и дернул друга за рукав. – Ясный сокол, ты идешь на завтрак?
Сева кивнул и направился вслед за Муромцем ко входу во флигель, откуда уже доносились аппетитные ароматы. Стефани встала с плетеного кресла, отбросила в сторону плед и присоединилась к молодым людям, сказав Полине на французском: «Увидимся за завтраком».
– Почему он назвал Севу «ясным соколом»? – улыбнулась Василиса.
– Меня больше интересует, почему она так на него пялилась, – ответила Анисья, мрачно глядя вслед удаляющейся троице.
Полина вылезла из воды, вытерлась, замотала мокрые волосы полотенцем, натянула халат и вместе с Земляными колдуньями направилась к боковому входу в столовую.
Любимый столик в самом углу оказался занят: там уже сидели Митя, Сева и Стефани.
– Давайте сядем к ним, – предложила Василиса, но не встретила согласия.
– Лучше поближе к печке или камину, – возразила Полина.
– Да уж! К этим троим я не пойду, – заявила Анисья, опускаясь за ближайший столик. – Сегодня они меня раздраж…
Ее прервал окрик Маргариты. Та сидела на втором этаже, выполненном в виде широкой галереи. Вместе с ней был Слава, теперь неотступно сопровождавший ее повсюду. С праздника Покрова прошло четыре дня, и за все это время Полина почти не видела подруги: Маргарита пропадала где-то со своим парнем.
– Я уже скоро забуду, как ты выглядишь, – произнесла Полина с натянутой улыбкой, хотя в душе чувствовала легкую обиду, вызванную неприятным чувством одиночества.
Анисье пришлось покинуть занятое место и последовать за Василисой и Полиной на второй этаж.
Маргарита засмеялась, не уловив нотки грусти в голосе Полины:
– Я выяснила кое-что, что будет тебе интересно. Это насчет Оли и Светослава. Они не встречаются! Здорово, правда? Оля, конечно, наплела мне с три короба, будто пока еще ничего не решено, но только я ей не верю. Еще бы она призналась в том, что ей отказал такой парень!
– Что значит «такой парень»? – переспросил Слава.
